Вред степным заповедным экосистемам от сенокосов

Вл.Борейко, И.Парникоза, КЭКЦ

Отдельные ботаники нередко лукавят, когда заявляют, что сенокошение в заповедниках идет на пользу заповедной степи. На самом деле сенокос-это  экологическая катастрофа для целинной степи. Ущерб степным  экосистемам от сенокошения заключается в следующем=

  1.  Покосы в заповедниках – серьезный фактор беспокойства

Как правило, покосы в заповедниках (степных, а также лесных) ведутся в мае-июне, когда можно получить высококачественное сено. Вместе с тем именно в этот период у птиц и зверей, обитающих в заповеднике – важная пора выращивания потомства. Работа тяжелой техники, шум машин, вывозящих сено, присутствие на сенокосе посторонних людей наносит огромный стресс заповедной фауне. А в некоторых степных заповедниках, например, Еланецкой степи, сенокос продолжается почти пол года – с мая по сентябрь.

По данным В.Д. Анисимова (1995), шумовой фон в Черноморском  заповеднике вблизи работающего трактора с сенокосилкой достигал 80 дБ, что являлось серьезным фактором беспокойства для гнездящихся там птиц.

  1. Сенокошение отвлекает от решения настоящих проблем заповедника

Сенокошение и другие регуляционные мероприятия  отвлекают заповедник от действительно важных вопросов заповедника – ведение научных работ, охраны заповедной территории, расширения площади заповедника. Например, в Луганском заповеднике огромные усилия ежегодно затрачиваются на покосы в Стрельцовской степи, но почему то никто не боролся с провозом контрабандного бензина через Провальскую степь, где бензовозами проложена настоящая дорога по заповедной степи.

  1. Сенокошение в заповедниках делает невозможным восстановление в заповедной степи диких копытных

Вместо того, чтобы пытаться восстановить популяции диких копытных, работники степных заповедников загоняют в заповедную степь трактора и косилки, создавая невозможность реаклиматизации. Складывается впечатление, что руководство степных заповедников не заинтересовано в наличии копытной дикой фауны (хотя бы косуль) на их территории, поскольку в таком случае животные не дадут им заготавливать сено на продажу. Напрашивается вывод, что степные заповедники, вместо того, чтобы защищать дикую природу, намеренно занимаются ее уничтожением и препятствованием ее восстановления.

  1. Косимая площадь в степных заповедниках постоянно меняется и зависит от местного сенопользователя

Непонятно, какой научный и «природоохранный» эффект может быть от сенокошения, если косимая площадь в заповедниках постоянно меняется? Так, в Стрельцовской степи в 1970-1980-х гг. косилось 135-180 га, в 1991-1994 гг. косилось 11-18 га, в 1995-2002 гг. – 42-164 га, в 2003-2004 гг. – 3-9 га (Боровик, Боровик, 2006). Такая же картина и в других степных заповедниках, например, Украинском степном и Еланецкой степи.

В степных участках Черноморского заповедника – Ягорлыкский кут Потиевский масштабное сенокошение велось в 1980-х годах, а затем было прекращено (Зелинская, 1985). Не ведется оно там и по сей день. Как пишут Г.А. Рыжкова и О.В. Рыжков, Центрально-Черноземный заповедник «не может своими силами проводить сенокошение. Поэтому обычно присутствует зависимость от наличия сенопользователей, и, как следствие, от спроса на степные участки. При таких обстоятельствах всегда есть вероятность, что часть площадей, подлежащих кошению, будут оставаться  не скошенными» (2012). В другой своей статье они пишут о том, что в советское время все сенокосные площади заповедника распределялись Курским облисполкомом между потребителями. Сенокошением в те времена на территории заповедника занималось более 20 крупных организаций и много частников. Но даже в этих условиях не всегда удавалось провести 100 % выкашивание. В 1975 г. недокосили 45,5 га, в 1988 г. –105,8 га, в 2003 – 169,1 га, в 2005 г. – 291,9 га. В настоящее время частные лица, ранее косившие сено, сейчас предпочитают его только покупать. Поэтому сейчас сроки сенокоса определяются «наличием сенопользователей и подготовкой сеноуборочной техники» (Рыжкова, Рыжков, 2009). Таким образом мы видим, что интересы защиты фаунистического биоразнообразия при сенокошении в заповедниках не учитываются, а сама практика сенокошения ставит под сомнение их якобы «научно обоснованный» режим. А если при сенокошении не выполняются даже рекомендации ботаников-регуляторов, то зачем вообще тогда косить? Ответ напрашивается только один – ради получения сена на продажу.

  1.  Сенокошение абсурдно

В природе нет такого процесса как сенокошение. Поэтому с точки зрения здравого смысла нельзя говорить о том, что сенокошение, якобы, «имитирует» природный процесс выпаса диких копытных. По мнению известного украинского ботаника В.В. Осичнюка, – «современный механизированный сенокос несовместим с самим понятием заповедности степи» (Осичнюк, 1979). По мнению В.С. Ткаченко (1999), сенокошение в степных заповедниках «в генетическом аспекте является чуждым для степных экосистем».

Еще более абсурдна сама практика сенокошения в степных заповедниках. Она является однотипной для всех заповедников (хотя такого быть не может), и проводится формально, без учета ее результатов. Другие более природные и эффективные меры, предлагаемые учеными для ликвидации накапливаемой ветоши – палы, выпас практически не применяются (Ткаченко, Гавриленко, 2007). Сенокошение, как метод регуляции, директор Украинского степного заповедника А.П. Генов (1995) назвал как «самый неподходящий и далекий от природы метод».

  1.  Сенокошение приводит к искусственной эволюции

Длительное сенокошение может вызывать антропогенно обусловленный подбор сезонных рас, видообразование, селекцию и чрезмерное участие в ценозах видов растений, которые проявляют адаптационную практичность к сенокошению (Ткаченко, 2007).

  1.  Двойные стандарты сенокошения как регуляционной меры

В степных заповедниках Украины сенокошение рекомендуется проводить чаще всего через год или один раз в три года, при этом трава косится для большего получения урожая во время цветения в середине июня (Саричева, 1962, Осичнюк, 1979). Эта практика точь в точь повторяет практику сельского хозяйства, когда ради получения самого высокого (в 2 раза) урожая трав рекомендуется  проводить сенокошение один раз в три года или через год и также при косьбе во время цветения трав (Андреев, 1937, Ларин,1937, Панова, 1964).

В связи с этим возникает вопрос, а не желанием увеличить урожай трав в 2 раза вызвана на самом деле идентичная практика сенокошения в степных заповедниках?

Известный украинский исследователь степных заповедников д.б.н. В.С. Ткаченко (1999) считает, что в «унифицированном сенокосном режиме», который ведется в степных заповедниках « припрятаны оттенки утилитарных интересов».

В. Бриних пишет:

«Меня всегда удивляла беспринципность и политика двойных стандартов многих деятелей заповедного дела (как чиновников, так и ученых) в отношении подходов к заповеданию лесных и степных экосистем.

Если мы рассматриваем нарушенные лесные сообщества (например, вырубленный или сгоревший лес), то считаем возможным вводить заповедный режим полного невмешательства и рассматриваем заповедание как акт восстановления нарушенных лесных экосистем. При этом никто не переживает по поводу неизбежных сукцессионных изменений, последовательного формирования и гибели фитозоокомплексов, исчезновения отдельных, в т.ч. редких и исчезающих видов.

А вот когда дело касается степных экосистем, которые, по сути, являются (в их современном виде) нарушенными в результате антропогенного воздействия степными сообществами, то почему-то степеведы не рассматривают заповедание как акт восстановления нарушенных экосистем. Они считают наоборот. Заповедание в отношении степных экосистем ими рассматривается как процесс деградации, как большая беда для природы и науки.

Мне кажется, что тут надо (как в любом действии) рассматривать мотив. Причем в нашем случае мотивом является корысть, а не любовь к природе или научное любопытство. Ведь вырубленный или сожженный лес, пока восстанавливается, не имеет практически никакой ценности. Для корыстных глаз и рук такой нарушенный лес будет представлять ценность только в перспективе, лет через 100-150. Поэтому “ну его!”, пусть забирают под заповедник. А вот нарушенная из-за выпаса и сенокошения степь каждый год продолжает производить экологически чистое сено в больших объемах. Надо только подвести научную базу под его использование. Что и было сделано» (Бриних, 2014).

  1. Сенокошение с использованием механических транспортных средств в природных заповедниках незаконно

Передвижение механических транспортных средств, согласно ст. 16 Закона  «О природно-заповедном фонде Украины», в природных заповедниках вне дорог общего пользования запрещено. Поэтому любые сенокосы с использованием комбайнов, тракторов, сенокосилок, чем сейчас и косят в заповедниках, являются незаконными.

Известный российский специалист в области охраны растительного мира, д.б.н. А.М. Семенова-Тян-Шанская считает: «Совершенно недопустимым следует признать применение при сенокосе в заповедниках современной  механизации (тракторы, сеноуборочные машины, тяжелый транспорт) (1978).

Известный украинский степовед, д.б.н. В.С. Ткаченко также считает, что «Сенокошение в степных заповедниках…не может осуществляться современной тяжелой, сверхмощной и быстроходной техникой» (1999, 2004). А также должно проводиться не в мае-июне, а в июле (Ткаченко, 2004).

  1.  Сенокошение способствует степным пожарам

Использование сенокосной техники в степных заповедниках, в частности, в Аскании-Нова и Хомутовской степи, является одной из причин пожаров (Гариленко и др., 2007, Тимошенков, Тимошенкова, 2007).

Сенокосы, как метод регуляции предлагают отменить многие ученые и работники заповедного дела. Директор Украинского степного заповедника А.П. Генов (1985) предлагал заменить его выпасом. А.А. Гусев (1988) пишет, что «Абсолютно-заповедный режим должен быть признан основным как с точки зрения сохранения экосистем, так и с точки зрения сохранения заповедника как объекта культурного наследия страны». А.В. Захаренко (1997) считает сенокошение в степных заповедниках недопустимым. По его мнению руководство режимами экосистем, по сути, невозможно, так как наше вмешательство является непрогнозируемым по своим последствиям (Андрієнко, Ткаченко, 1993). По мнению В.Н. Граммы, И.П. Лежениной и Б.М. Якушенко (1984) абсолютно-заповедный режим в наибольшей степени соответствует исходному типу луговых степей». Ю.Д. Нухимовская (1995) пишет, что «основной принцип управления природой заповедных территорий – абсолютная заповедность». В.П. Веденьков (1978, 1979) и Н.Г. Дрогобыч (1995) считают вообще вывод И.К. Пачоского об отрицательном, прогрессирующе разрушительном влиянии режима полной заповедности на степной травостой в Аскании-Нова в условиях резко ослабленного природного выпаса копытных ошибочным. По их мнению, за 75 лет целинная степь в заповедном участке «Старый» обрела относительную устойчивость и самостабилизировалась (Веденьков, Дрогобыч, 1995).

Что же касается другого аргумента поборников сенокоса в степных заповедниках, что если степь не косится, то она зарастает лесом, то в этом нет ничего противоестественного. Еще в 1899 г. А. Богатов, основываясь на работах таких известных степоведов как Краснов, Талиев, Измаильский, Танфильев, писал, что лес – такой же зональный компонент степи, как ковыль и другие степные растения (Богатов, 1899).

  1.  Не учитывается влияние изменения гидрологического режима степных заповедников

К сожалению, в своих статьях об изменении флористического комплекса в степных заповедниках некоторые ботаники берут во внимание только гипотезу влияния диких копытных и как меру противодействия предлагают сенокошение, что, по сути, является исправлением одного нарушения другим. Если мы согласимся с тем, что изменение гидрорежима влияет на степную флору целинных заповедных степей, то практически все степные заповедники такое влияние ощущают. В охранной зоне Хомутовской степи имеется 2 искусственных водоема, на территории Трехизбенской степи имеется три искусственных водоема, в притык к Стельцовской степи имеется один искусственный водоем, в Провальской степи искусственные водоемы (по одному пруду у границы) имеют оба участка-Грушевский и Калиновский, такой же искусственный водоем сооружен в охранной зоне Каменных Могил, по границе Михайловской целины имеется два искусственных водоема, сооруженных в 1970-х годах бывшим директором этого филиала Л. Шеремет, небольшие искусственные дамбы и пересыхающие водоемчики имееются в балках Еланецкой степи, и в Аскании-Нова (Большой Чапельский Под (заповедная зона)) имеется целая система искусственных водоемов для диких  копытных (канал, пруды), два пруда рядом с Большим Чапельским Подом, не считая подтопление территории этого заповедника соседним Северо-Крымским каналом. Естественно, все эти заповедные территории так или иначе испытывают на себе влияние подтопления, что вызывает и смену растительности, зарастание кустарниками и т.п. изменения.

  1.  Зарубежный опыт против сенокошения

Европейские ученые советуют очень осторожно подходить к сенокошению как методу регуляции растений и развития животных. Отметим, что даже в несравнимо беднейших по своему флористическому и фаунистическому составу и скромных по площади ксеротермных ценозах и лугах кошение рекомендуется проводить только как исключение, спорадически, только и исключительно в случае более влаголюбивых разнотравных ксеротермных сообществ, которые своим флористическим составом напоминают настоящие луга. В случае кошения необходимо проводить его не ранее 30 сентября, на высоте не ниже 10 см, и мозаично (не более 80% поверхности), чтобы обеспечить сохранение редких насекомых или моллюсков (Uzemie…2009).

 

    Сенокосы в природных заповедниках Украины незаконны, так как грубо нарушают:

 

  1. Статьи 15, 16 Закона Украины «О природно-заповедном фонде Украины», запрещающую в природных заповедниках нарушение условий обитания и гнездования диких животных, а также естественное развитие природных процессов и явлений.
  2. Статью 39 Закона Украины «О животном мире», требующую обеспечивать охрану мест обитания и условий размножения животных.

3. Статью 27 Закона Украины «О растительном мире», которая запрещает технологии, которые вызывают нарушения состояния и условий произрастания растений.

4. Статью 20 Закона Украины «О Красной книге Украины», которая гласит об ответственности виновных в ухудшении условий обитания (произрастания) видов животных и растений, занесенных в Красную книгу Украины.

5. Статью 90 Кодекса Украины об административных правонарушениях, которая привлекает к ответственности виновных в ухудшении условий обитания (произрастания) животных и растений, занесенных в Красную книгу Украины. Статья 87 данного Кодекса привлекает к ответственности виновных в нарушении требований охраны мест обитания животных.

6. ст. 16 Закона Украины «О природно-заповедном  фонде Украины», запрещающей сенокошение при помощи механических транспортных средств – тракторов и т.п.

7. п. Д статьи 8 Конвенции об охране биологического разнообразия, который обязывает наладить охрану естественных мест обитания видов флоры и фауны и сохранение популяций видов в естественных условиях.

8. п. 6 статьи 6 Конвенции об охране дикой флоры и фауны и природных мест обитания в Европе (Бернская конвенция), который запрещает наносить преднамеренный ущерб местам выведения потомства или отдыха или их уничтожение.

9. В связи с вхождением Украины в Евросоюз, нарушаются ст. 2, 4, 5 Директивы Совета Европы  «Об охране диких птиц» от 2.04.1979 и ст. 6, 12, 13 Директивы Совета Европы от 21.05.1982 г. «Об охране мест обитания и дикой фауны и флоры.

29 октября 1996 г. Украина присоединилась к Конвенции об охране дикой фауны и флоры и природных сред обитания в Европе (Бернская конвенция).

Бернская конвенция – одна из самых эффективных международных природоохранных конвенций. В ней есть список 2 (редкие животные), которые подлежат безусловной охране, согласно ст. 6 данной Конвенции.

Пункты А, Б, В, Г, статьи 6 Бернской конвенции запрещают все формы преднамеренного убийства данных видов животных, преднамеренный ущерб местам выведения потомства или отдыха или их уничтожение, преднамеренное нарушение покоя дикой фауны, особенно в период выведения или выращивания потомства, преднамеренное уничтожения яиц.

В этой связи сенокошение в природных заповедниках, которое ведется в период выведения потомства, в мае-июне, и к тому же техникой – тракторами, комбайнами полностью подпадает под действие ст. 6 Бернской конвенции и квалифицируется как незаконное.

К таким видам редких животных, обитающих в степных и лесостепных заповедниках, и занесенных в Список 2 Бернской конвенции, в первую очередь относится 30 видов фауны:

Птицы:

черноголовая трясогузка, просянка, конек полевой, белая трясогузка, камышовка-барсучок, пеночка-теньковка, каменка-плясунья, садовая овсянка, черноголовая овсянка, жаворонок белокрылый, зеленушка, болотная  камышовка, обыкновенная овсянка, серая славка, желтая трясогузка, восточный соловей, ястребиная славка, степной жаворонок, тростниковая овсянка, коростель, чекан луговой, чекан черноголовый, сова болотная, лунь луговой.

Пресмыкающиеся: ящерица прыткая, гадюка степная, медянка европейская, желтобрюхий полоз.

Млекопитающие: мышовка степная.

Насекомые: дыбка степная (Фауна, 2010).

По данным зоологов, например, в заповеднике Михайловская целина из этого списка обитает: болотная камышовка, обыкновенная овсянка, жаворонок степной, тростниковая овсянка (Книш, 2003, Мерзликин, Лебедь, 2003-А)

В Каменных Могилах отмечены ящерица прыткая, гадюка степная, медянка европейская, желтобрюхий полоз (Котенко, 1998), в Хомутовской степи – чекан луговой, серая славка, желтая трясогузка, соловей восточный, ястребиная славка (Тимошенко, 2008), в Провальской степи – конек полевой, белая трясогузка, камышовка-барсучок, пеночка-теньковка, каменка-плясунья, садовая овсянка, черноголовая овсянка, желтая трясогузка, соловей восточный, славка серая и ястребиная, чекан луговой и черноголовый, зеленушка, обыкновенная овсянка, степной жаворонок (Кондратенко, Мороз, 2002), в степных участках Черноморского заповедника – степной жаворонок, серая славка, полевой конек, просянка (Москаленко, 2003), в Еланецкой степи – черноголовая трясогузка, болотная сова, степной жаворонок, конек полевой, белая трясогузка, серая славка, соловей восточный, чеканы луговой и черноголовый (Редінов, 2006), в степи Аскания-Нова – жаворонок серый, степной, белокрылый, конек полевой, черноголовая трясогузка, серая славка, луговой и черноголовый чекан, болотная сова, коростель, белая трясогузка (Гавриленко и др. , 2010), в Стрельцовской степи - болотная сова (Мороз, 2011).

* * *

Сенокошение как метод регуляции плотно вошел в «кровь и плоть» степных заповедников. Отказываться от него будет трудно. Тем не менее, это необходимо делать. Первыми шагами на этом пути могут быть следующие:

1. Обеспечение право на равное информирование представителей обеих подходов к степным заповедникам (регуляторов и заповедателей). Пока же публикации сторонников заповедания и эволюции экосистем всячески зажимаются и ограничиваются. Это неправильно. Должны быть созданы возможности для полноценной научной дискуссии и корректного обмена мнениями.

2. Запрещение и полное прекращение кошения в степных заповедниках при помощи тяжелой техники и в мае-июне (для начала).

3. Запрещение и прекращение использования сенокошения для получения дохода.

4. Постепенная замена сенокошения палами и выпасом.

5. Увеличение абсолютно заповедной зоны степных заповедников до 50% территории степного заповедника ( сейчас она занимает всего 10-20 %). Остальные 50 % отдать под регуляцию. И при таком соотношении устроить длительные наблюдения (200 и более лет) – чтобы понять: что будет со степью если ее пустить в свободное плавание.

6. Создание механизма жесткого контроля за выдачей лимитов на регуляцию и контроля за эффективностью регуляции. Сейчас такого механизма нет и каждый регулирует (косит заповедную степь) как ему вздумается.

Справедливо пишет В.А. Бриних, «та степь, которую мы знаем и пытаемся сохранить, на самом деле не является природной, т.е. естественной, экосистемой, а сформирована исключительно под воздействием антропогенных факторов на протяжении длительного исторического периода (как минимум, 3-4 тыс. лет). Современная степь – это то, что сейчас принято именовать культурным ландшафтом.

Реализуя концепцию заповедности и устраняя, по возможности, антропогенное воздействие на заповедные степные экосистемы, мы, тем самым, пытаемся возвратить созданный человеком культурный ландшафт к его изначально природному состоянию (или какой-то степени его изначально природного состояния). Принцип невмешательства, являющийся для заповедников базовым, означает, таким образом, не консервацию заповедных участков, а их пассивную (с точки зрения человека) и, в то же время, крайне динамичную (с точки зрения природы), реконструкцию экосистем в сторону их первичного устойчивого состояния. Период такой реконструкции очень длительный, поэтому для объективной оценки процесса мало жизней даже двух-трех (если не двух-трех десятков) поколений исследователей. Что уж говорить о тех скоропалительных выводах, которые может сделать один ученый, даже самый авторитетный, на основе собственных исследований и работ своих коллег-современников (2014).

 

Подробнее о вреде  сенокосов в заповедных обьектах в новой книге Вл.Борейко и И.Парникозы  “Критика регуляционных мероприятий на территориях строгого природоохранного режима ( категория 1-А МСОП / IUCN)”,   2017, КЭКЦ, Киев, 208 стр.  http://ecoethics.ru/wp-content/uploads/2017/02/int_regulacia_2017.pdf

 

Пресс-служба КЭКЦ

 

16.02.2017   Рубрики: Борьба за заповедность, Новости