Влияние философов, художников и писателей США на развитие движения в защиту дикой природы.

В.Е.Борейко

Не будет преувеличением сказать, что ни в одной стране мира дикая природа не пользовалась таким повышенным вниманием, как у американских философов, художников и писателей. Именно во многом благодаря им США достигли таких впечатляющих результатов в защите дикой природы, именно они разбудили самое мощное природоохранное движение, именно они сделали дикую природу национальной святыней.

Америка дала миру пять выдающихся философов дикой природы, работавших в 19–20 веках: Ралф Эмерсон, Генри Торо, Джон Мюир, Олдо Леопольд, Холмс Ролстон III. Не все из них были профессиональными философами: Олдо Леопольд считал себя экологом, Джон Мюир — писателем-натуралистом. Тем не менее их вклад в философские основы и идеологию движения в защиту дикой природы оказался громадным. Ралф Эмерсон (1803–1882) — известный американский философ- трансценденталист. Он один из первых в западной культуре стал ценить дикую природу за ее неэкономические, идеальные ценности: «В лесах скрывается непреходящая молодость (…). В лесах мы возвращаемся к разумности и вере (…) Я — влюбленный красоты, ни в чем определенно не сосредоточенной и бессмертной. Среди дикой природы я нахожу нечто более для себя дорогое и родное, чем на городских и сельских улицах» (3).

Эти слова заставили многих иначе взглянуть на дикую природу, считавшуюся до того местом ненужным, плохим и негодным. Среди таких людей оказался другой американский философ — Генри Торо (1817–1862). Он пошел дальше своего коллеги, говоря о дикой природе как о нравственной и свободной сущности, которую именно за это и нужно ценить. По Торо все хорошие вещи — дикие и свободные. Самое известное его заявление: «В дикости находится сохранение мира» (3).

В противовес христианам и иудеям, обесценивающим природу, Торо хотел восстановить святость дикой природы: «Иногда я заходил в сосновые рощи, стоящие подобно храмам или флотам в море с полной оснасткой, волнистыми сучьями и струящимся светом, настолько мягким, зеленым и тенистым, что друиды могут покинуть свои дубы, чтобы начать поклоняться этим соснам» (3). До Торо все разговоры о дикой природе велись с использованием романтических или патриотических аргументов, Торо первым стал восхвалять «дикость» дикой природы. Ничего подобного люди еще не слыхали.

Джона Мюира (1838–1914) называли «мистическим экологом». Он первым приравнял в правах человека и дикую природу, или даже более того, заявил: «Я испытываю мало симпатии к человеку, и, если бы произошла война между диким животными и Его Величеством Человеком, я бы встал на сторону медведей» (3). Мюир подхватил призыв Торо видеть священное в дикой природе: «Нельзя быть одиноким в дикой природе, где все дикое и красивое наполнено Богом», и дальше: «Ни один из ландшафтов Природы не является уродливым постольку, поскольку он является диким» (3).

Титан американской экофилософии Олдо Леопольд (1887–1948) не только разработал основные понятия современной экологической этики, первым сформулировал определение «территория дикой природы», но и заявил о необходимости защиты свободы дикой природы. Его афоризм «чего стоят сорок свобод без единого белого пятна на карте?» теперь часто цитируется американскими деятелями заповедного дела.

По мнению Леопольда, дикую природу нельзя вырастить, как строевой лес, поскольку она нечто большее, чем просто деревья. Он писал, что сбережение дикой природы должно стать актом национального раскаяния со стороны людей, губивших ее ранее (3).

Холмс Ролстон III (род.1932) продолжил традиции своих предшественников. Он разработал новый широкий перечень ценностей природы.

«Дикая природа, — писал Холмс Ролстон III, — имеет автономию, которой нет в искусстве. И мы должны предоставить ей возможность следовать своим путем, оставив ее в покое. Никто не может считаться человеком с моралью, если не уважает целостность и достоинство того, что мы называем дикой природой» (3).

Благотворная роль живописи состоит в том, что она воспитывает эстетические вкусы, позволяет, опираясь на эстетические мотивации, добиваться сохранения участков дикой природы. Она способствует пробуждению религиозных, духовных, патриотических мотивов защиты дикой природы.

Превращение первобытного американского пейзажа в национальный символ — великая заслуга американских художников дикой природы. Интересно, что все основные объекты дикой природы, которые в 19 веке изображали на своих полотнах художники — пейзажисты: Йосемит, Йеллоустоун, Адирондак, роща Марипоса, Гранд Каньон, Ниагарский водопад — позже были взяты государством под охрану.

В США существовала особая национальная школа художников дикой природы, которая получила название Школа реки Гудзон. В нее входило более 50 пейзажистов, основателем школы в 1830-х годах стал американский художник Томас Коул. Именно его кисти принадлежат такие шедевры как «Водопад Каатерскил» (1826), «Гора Шрун» (1838), «Катскил Клов» (1827) (8).

Коул полагал, что если природа не тронута человеком, тогда людям легче познакомиться с рукой Бога. Он свято верил, что если дикий американский ландшафт был новым Эдемским садом, то именно они, художники, хранят ключи от его входа. По его мнению, только жизнь, прожитая в гармонии с дикой природой, обещала интеллектуальное обновление и здоровый прогресс. Коул говорил: «Дикая природа — это самое подходящее место для разговора о Боге», и старался придавать своим картинам религиозное и нравственное значение (8).

В картинах Коула, в отличие от европейской традиции, человека и его следов на было видно. В своем «Эссе об американском пейзаже» он заявил, что в отличие от Европы, самым впечатляющим в американском пейзаже является дикая природа. Он писал: «Американская природа нова для искусства, она не избита и не измусолена кистями художников, ее леса, озера и водопады девственны (…). Не отправляйтесь за рубеж в поисках материала для упражнения ваших кистей, так как дикое очарование нашей родной земли вполне заслуживает вашей глубочайшей любви» (8).

Школа реки Гудзон прославляла дикую природу Америки и ставила под сомнение понятие технического прогресса. Художники старались показать, что своей святостью, нетронутостью после Создателя дикая природа все еще оставалась эталоном и стандартом девственности и чистоты. Они воспринимали свою страну как ощутимое прикосновение руки Бога на земле, а грандиозную дикую природу как отличный знак того. Такие чудеса природы как Ниагарский водопад понимались художниками Школы реки Гудзон как священное доказательство, что США является «Божественной страной». В ту пору в США не было таких известных архитектурных памятников как египетские пирамиды или индийские храмы, но зато своей дикой природой американцы могли восхищаться и гордиться по праву. И художники научили их это делать.

Американские писатели дикой природы также сыграли огромную роль в организации движения в защиту дикой природы. Они нашли точные, емкие слова, чтобы объяснить своим согражданам ценности дикой природы, пробудить в них благоговение, восхищение, любовь и уважение к дикой природе.

Одним из первых в 19 веке заговорил о свободной природе известный протестантский проповедник из Бостона У. Мэррей, издавший в 1869 г. книгу «Приключения в дикой природе»: «Эта тишина диких мест и была тем, что более всего впечатлило меня… Сердцу не нужны ни гимны, ни молитвы, чтобы выразить свои чувства. Даже Библия лежит в стороне нетронутой. Буквы кажутся мертвыми, холодными, ограниченными. Вы чувствуете присутствие Бога в самом воздухе, и вы вступили на землю, где письменные предписания не нужны, ибо вы видите Предвечного словно лицом к лицу и чувствуете Его в себе и везде вокруг» (7).

Фенимор Купер, автор известных приключенческих романов «Пионеры». «Последний из могикан», «Зверобой» и «Прерия» негодует в них по поводу уничтожения дикой природы. Его герои — Нэтти Бампо и Чингачгук — почитают дикую природу и пользуются ею с уважением.

Писатель Генри Эббот основал новую эстетическую традицию, провозгласив «дико красивым» дремучий лес, на треть состоящий из увядающих, упавших и перегнивших деревьев.

Томас Кинг так описывал водопады Йосемита: «Водопады изливают больше, чем мы видим… Самым прекрасным на вид и самым музыкальным является высочайший водопад. Скала настолько отвесна, что за время всего падения длиною в четверть мили вода не разбивается на потоки, она льется с вершины дугой… Но к своему подножию он расширяется и легко изгибается с одной стороны и до того, как достигнет своего первого гранитного ложа, приобретает форму кометы, которая мерцала на нашем небе два года тому…» (7).

Вдохновлялся дикой природой знаменитый американский поэт Уолт Уитмен:

Земля дремлющих и светлых деревьев!

Земля ушедшего заката,

Земля туманных горных пиков!

Земля стеклянного света полной луны,

Слегка разбавленного голубизной (7).

Всего, по самым предварительным подсчетам, в США насчитывается около 70 писателей дикой природы, половина из которых приходится на 19 век и начало 20 столетия (7).

Нет сомнения, что не ученые, экономисты и политики, а талантливые философы, писатели и художники в конечном счете заинтересовали американскую нацию проблемой сохранения дикой природы.

Неудивительно, что картина художника дикой природы А. Бирштадта «Вид на Скалистые горы» висит в Белом Доме, символическом центре американской нации, а картины другого представителя Школы реки Гудзон — Томаса Морана — выставлены в Конгрессе США (8).

Американские художники и в наши дни принимают активное участие в защите дикой природы. С целью популяризации ценностей свободной природы ими создан Музей дикого искусства в Лос-Оливосе, с большим успехом по всей стране проходят выставки работ современных художников дикой природы и Школы реки Гудзон.

 

Более подробно об охране дикой природы см. в книге Вл.Борейко ” Охрана дикой природы в Украине и мире”  http://ecoethics.ru/wp-content/uploads/2018/04/BookWild.pdf

 

 

 

20.05.2018   Рубрики: Борьба за заповедность, Новости