Правило талиона и моральное оправдание волков

В.Е. Борейко

Киевский эколого-культурный центр, г. Киев

Одна из серьезных проблем экологической этики, а также практики взаимоотношения с дикими животными заключается в вопросе о хищных животных, не имеющих статуса исчезающего, краснокнижного вида (волки, лисицы, шакалы, серые вороны, ястреба и т.п.).

Наиболее яркий пример — волк. Когда доходит дело до конфликта между волком и человеком, то почему-то обвиняются всегда волки. Действительно, при некоторых условиях (отсутствие дичи в лесу по вине охотников) он задирает домашний скот, а заболев бешенством, волки заходят в населенные пункты и могут покусать людей. Все это наносит определенный моральный и экономический вред человеку. Следует оговориться, что охотники, лесники, фермеры, как правило, многократно раздувают этот вред, прикрывая волчьей шкурой свою безалаберность и казнокрадство, однако этот интересный и актуальный вопрос не является темой нашей статьи.

Я хочу обсудить следующее: имеет ли моральное, а значит юридическое право человек уничтожать волков, если волк, с одной стороны, не является редким животным (и ему пока вымирание не грозит), а с другой — наносит человеку определенный экономический ущерб. Для осуществления моральной защиты волков я использую два приема: один, умеренный, будет заключаться в попытке распространить на наши отношения с волком правило талиона, а второй, более радикальный, будет вестись с позиции прав животных.

Для разрешения конфликтных проблем с давних времен человечество выработало так называемое «правило талиона». Талион (от лат. «talio» — возмездие, воздание, наказание) — возмездие, равное преступлению (2). Библейское установление «душу за душу, глаз за глаз, зуб за зуб представляет собой одну из известных интерпретаций «правила талиона». Российский философ Л.Столович пишет: «Правило талиона, по мнению исследователей, предполагает действие по отношению к тем, кто нанес ущерб — действие, соразмерное причиненному ущербу. Это правило предполагает равенство тех людей, к которым оно применяется, и их ответственность за совершенные ими поступки» (2).

Правило талиона сдерживает избыточную, деструктивную агрессивность мщения, его слепоту, неистовство, коварство и безмерность. Талион установил суровые ограничения на случай мести.

Несмотря на то, что правило талиона было разработано очень давно, еще на заре человечества, оно попрежнему применяется как в современном праве, так и в моральном обосновании наказания (2,3,4).

Если мы распространяем правило талиона на волков, то какое с ними должно быть обращение человека? Еще раз напомним, что правило талиона определяет, что любое возмездие должно быть равным преступлению (2). Такова ли настоящая практика обращения с волками в России, Украине, Беларуси, других странах СНГ? Конечно нет. Волк как вид априори считается виновным в различных «злодеяниях», которые имеют, кстати, разную степень вины: 1) уничтожение диких животных; 2) нападение на домашний скот; 3) нападение на человека. И за все эти «злодеяния» волку выносится одинаковый вид наказания — расстрел.

Вместе с тем, правило талиона означает, что «менее тяжкое преступление несет за собой менее тяжкое наказание» (4). Воришку, укравшего кошелек, по степени вины нельзя равнять с рецидивистом — убийцей. Однако для волков приготовлено только одно наказание — смертная казнь. Зарезал волк косулю — расстрел, украл овцу — расстрел, покусал человека — расстрел. Это грубое нарушение правила талиона.

Да, так называемые «вредные» животные наносят человеку определенный моральный и экономический ущерб. Однако объем насилия и мучительства на стороне наказывающих во много раз превышают объем «злодейств». Это несправедливо. Более того, следует также учитывать, что волк, как и другие «вредители», приносит еще и пользу. Волк, например, сдерживает рост численности диких копытных, а также ведет определенную «санитарно-селекционную работу», поедая слабых и больных животных. Как я уже писал, правило талиона предполагает принцип равного воздаяния, равного ответного действия («плати добром за добро и обидой за обиду», «как аукнется, так и откликнется») (2). Однако в отношении волков правило талиона опять нарушается, так как волков только всегда наказывают, причем самым жестоким образом, однако никогда за их пользу не поощряют и не благодарят.

Таким образом, мы видим, что с точки зрения умеренных моральных позиций, правила талиона, которым пользовались еще древние, варварские народы, волк требует к себе более справедливого и милосердного отношения.

Теперь давайте попробуем защитить волков с радикальной позиции прав животных (природы).

В настоящее время осуждение и наказание волков идет с точки зрения нарушения ими человеческого закона. Волков равняют с обыкновенными преступниками из человеческого рода. Однако правильно ли это? На наш взгляд — нет. Волки не живут по человеческим законам (им наш закон не писан), они живут по законам Природы. Поэтому судить волков за нарушение человеческих законов, а тем более карать за их нарушение, человек не имеет права. Волки не несут ответственность за свои поступки, так как в их действиях нет злого умысла или корысти. В отличие от человека волк не делает зла ради зла. Их действия не являются результатом заранее обдуманного, спланированного поступка, а являются выражением обыкновенного природного инстинкта. Волку просто хочется есть, и если в лесу мало дичи (которую выбили охотники), он подается «разбойничать» в село.

Его нельзя сравнивать с бандитом, который не желая работать и жить по закону, этот закон нарушает, нападает и грабит. У бандита есть выбор, у волка выбора нет. Он не может получить высшее образование, завести свой бизнес или поступить на службу. Волк умеет только одно — задирать более слабых животных. В этом его природная сущность, таким его создала Мать — Природа. Более того, поедание волками диких копытных — это не «вред» и не «преступление», а естественный и позитивный процесс, осуществляемый этими хищниками в лесных экосистемах.

В современной правовой и моральной практике люди, объявленные душевнобольными, невменяемыми, а также младенцы, не могут отвечать за свои поступки и подлежать наказанию. Почему же тогда дикие животные — «вредители», которые также как и душевнобольные люди или младенцы, не осознают свои поступки, подлежат наказанию в виде уничтожения? Волк, задравший корову, не должен быть наказан за свой поступок. Ответ должен держать пастух, плохо охраняющий стадо. Суть наказания многие видят в устрашении, предупреждении новых нарушений закона. Но волков невозможно устрашить или перевоспитать (сколько волка не корми, он все равно в лес смотрит). Они не умеют читать и не могут понять ни человеческий закон, ни применяемые к ним меры воздействия.

Волки, как и все другие дикие животные, не имеют и не могут иметь ответственность перед человеком. Вернее, они обладают правом на отсутствие ответственности перед человеком и поэтому не должны быть наказуемы. С другой стороны, все живые существа, в том числе и волки, обладают правом на защиту законом и должны защищаться законом. На практике же мы сталкиваемся с совершенно другим отношением к волкам. Самая страшная формула современного правосудия, которым, кстати, оно не пользуется — «поставить вне закона», то есть, когда другие вольны в отношении преступника делать все, что им придет в голову — надругаться, обратить в раба, убить. В СССР существовала практика «понижения в правах», когда человек превращался в «получеловека». Сейчас с этим покончено в отношении людей. Но в отношении «вредных» животных подобная аморальная практика по-прежнему существует — волков, лисиц, серых ворон, шакалов по-прежнему в странах СНГ ставят «вне закона», то есть Закон «О животном мире» никак не защищает их.

Единственно, что пока разрешается волкам и другим «вредителям» — это спокойно (более — менее) жить в заповедниках. Однако, с точки зрения морали и права это можно рассматривать как карательную изоляцию, свойственную тюрьмам. Так называемые «вредители», как и другие дикие животные, имеют право жить и в других природных местах, а не только в заповедниках.

В нашем во многом несправедливом обществе всегда достаточно сил, готовых на самосуд. Однако еще в Библии было сказано «не судите, да не судимы будете». Имеем ли мы право брать на себя роль судей и судить, карать диких животных за то, что они просто хотят жить и есть?

В человеческом обществе даже к преступнику требуется проявить гуманное отношение. А животных, живущих по законам Природы, судят по человеческим законам, или вообще ставят вне закона, отказывая в гуманном обращении.

С точки зрения экологической этики должны защищаться права не только редких видов животных, но и обычных, в том числе «вредных». Варварское, ничем не прикрываемое уничтожение волков или серых ворон, даже если этот вид широко распространен и не сокращает свою численность, не может считаться гуманным отношением к дикой фауне. Благополучие отдельных особей, конечно, имеет меньший приоритет, чем защита вида животных от вымирания, но, тем не менее, это очень важно, особенно если дикое животное имеет развитую нервную систему и может страдать.

Любое «вредное» животное — волк, шакал или большой баклан хочет жить и всячески старается сохранить свою жизнь. Жизнь любого из них имеет очень высокую ценность. Более высокую, чем многие интересы и потребности человека. Нужно принять и оценивать волков и других «вредителей» как неотъемлемую, существенную часть мира дикой природы. Нужно позволить им в полной мере реализовывать свою собственную сущность.

Известный американский экофилософ Том Риган пишет: «Те, кто принял теорию прав, должны приложить усилия для ликвидации таких программ по контролю за хищниками. Официальное оправдание этих программ то, что хищник причиняет убытки животной индустрии, бизнесу. Так как теория прав отрицает то, что такое обращение (этой индустрии) с животными морально оправдано, то урон, наносимый хищниками ради минимализации финансовых потерь, должен осуждаться. В борьбе между этой индустрией и зверями, населяющими эти земли, не хищники, а индустрия должна уступить. И если промышленники укажут на свои права на землю и животных в бизнесе, те, кто принял теорию прав, должны ответить, что, во-первых, само указывание на права никогда не может разрешать моральных вопросов, и, во-вторых, то, что нынешний статус фермерских животных, как чьей-то собственности, является той традицией, которую теория прав старается отменить» (1).

Пришла пора цивилизованно решать проблему интересов человека и так называемых «вредных» видов. Согласно Экоэтическому Императиву и человек, и другие живые существа, и так называемые «вредные», равноценны и равноправны. И все имеют право на равное количество природных благ (5). Поэтому все спорные вопросы, в том числе и регуляция численности видов, наносящих определенный экономический ущерб человеку, должны решаться только через суд. Думается, уже в недалеком будущем появятся суды, решающие споры между человеком и природой. Естественно, в качестве адвокатов для волков, шакалов, серых ворон и жуков-дровосеков в них будут выступать защитники дикой природы и диких животных. Вместе с тем, в таких судебных заседаниях при определении прав человека на деревья или дичь нужно учитывать техническую вооруженность человека. Если численность и даже биомасса последнего не больше, чем жука-пильщика, необходимо принять во внимание и тот факт, что для жука дерево — источник жизни, а для человека — материал для совершенно бесполезных вещей, вроде виселиц или супер — мебели для новых русских.

Поэтому в планах использования природных ресурсов следует предусматривать потребности других живых существ, а не только человека. Например, в ежегодных квотах отстрела охотничьих животных нужно предусматривать кормовые потребности волков. В менеджменте прудов для рыборазведения помнить о кормовых потребностях серых цапель и больших бакланов.

В заключение хотелось ответить еще на один часто возникающий вопрос: в чем опасность от мероприятий по контролю за численностью «вредных» животных, если при этом численность велика и виду ничего не угрожает?

Даже если в результате мер по контролю за численностью волка или другого «вредного» вида его численность не уменьшается, тем не менее вред от этого состоит в следующем:

  1.  Нарушаются права диких животных;
  2.  Люди воспитываются в циничном, жестоком, имперско-антропоцентрическом обращении с дикими животными;
  3.  Человек нарушает экологические связи и механизмы в природе, ибо любой «вредитель» так или иначе «вписан» в природный процесс;
  4.  Всегда существует потенциальная опасность расширения списка «вредных» животных и мер по борьбе с ними;
  5.  Всегда существует потенциальная опасность уничтожения данного «вредного» вида животного (ибо кампании по борьбе с «вредителями» очень трудно остановить или регулировать);
  6.  Так называемая борьба с «вредителями» способствует легализированному браконьерству, казнокрадству, безалаберности и разгильдяйству в охотничьей, лесной и сельскохозяйственной отраслях;
  7.  В ухудшении генофонда популяции путем уничтожения мелких популяций (стай), имеющих свой оригинальный генотип, а также в нарушении социальных связей данных животных (это особенно касается волков), нарушении передачи культурной информации.

Литература

  1.  Том Риган. В защиту прав животных. Эндру Линзи. Божественные права животных,  2004. — К.: КЭКЦ. — 102 с.
  2.  Столович, 2008. «Золотое правило» нравственности как общечеловеческая ценность // Звезда. — № 2. — С. 205-215.
  3.  Апресян Р.Г., 2001. Талион и золотое правило // Вопросы философии. — № 3.
  4.  Соловьев Э., 2004. Переосмысление талиона. Карательная справедливость и юридический гуманизм // Новый мир. — № 1.
  5.  Борейко В.Е., 2006. Прорыв в экологическую этику, изд.4, дополн. — К.: КЭКЦ.

Более подробней о видовом терроре можно прочитать  в книге Вл. Борейко ” Видовой террор”  http://ecoethics.ru/kniga-vidovoy-terror/

 

Пресс-служба КЭКЦ

08.07.2018   Рубрики: Зоозащита, Новости