Охота-жес­то­кое раз­в­ле­че­ни­е*

Та­тья­на Пав­ло­ва

*О­пуб­ли­ко­ва­но: Пав­ло­ва Т.Н., 1998. Би­о­э­ти­ка в выс­шей шко­ле. — К.: КЭКЦ. — С. 105—107.

Брось­те сил­ки и кап­ка­ны! Не тро­гай­те пта­шек не­бес­ных;

Пусть без­за­бот­но пор­хая, по­ют нам о счас­тье и во­ле.

Хит­рос­п­ле­тен­ные се­ти, крюч­ки с смер­то­нос­ной на­жи­вой

Брось­те! До­вер­чи­вых рыб не ло­ви­те обма­ном ко­вар­ным.

Уст че­ло­ве­чес­ких кро­вью соз­да­ний жи­вых не сквер­ни­те;

Смер­т­ные — смер­т­ных ща­ди­те!

                                 Ови­дий

К­ро­ва­вый спорт вол­ну­ет ме­ня так же, как вол­но­ва­ло бы убий­с­т­во че­ло­ве­ка, если не в боль­шей сте­пе­ни; по­то­му что, со­вер­шен­но так же, как убий­с­т­во ре­бен­ка пот­ря­са­ет боль­ше, чем убий­с­т­во взрос­ло­го (по­то­му что, я по­ла­гаю, ре­бе­нок так без­за­щи­тен и обман его до­ве­рия нас­толь­ко по­э­то­му во­пи­ющ), убий­с­т­во жи­вот­но­го — это исполь­зо­ва­ние че­ло­ве­ком сво­е­го пре­и­му­щес­т­ва пе­ред жи­вот­ны­ми.

                                                         Дж. Б. Шо­у

Жи­вот­ные до сих пор исполь­зу­ют­ся в раз­лич­но­го ро­да раз­в­ле­че­ни­ях, и мно­гие из пос­лед­них сох­ра­ни­ли свой жес­то­кий ха­рак­тер. Весь­ма по­пу­ляр­ным раз­в­ле­че­ни­ем явля­ют­ся охо­та и ры­бо­лов­с­т­во.

Ры­бо­лов­с­т­во счи­та­ет­ся мир­ным, идил­ли­чес­ким спор­том, а ры­бо­ло­вы рас­с­мат­ри­ва­ют­ся как лю­бя­щие при­ро­ду, ро­ман­ти­чес­кие лич­нос­ти. Но не тре­бу­ет­ся осо­бых зна­ний по би­о­ло­гии, что­бы по­ни­мать, что ры­ба ощу­ща­ет боль так же, как и че­ло­век, по­то­му что име­ет вы­со­ко­ор­га­ни­зо­ван­ную нер­в­ную сис­те­му; она обла­да­ет инстин­к­том са­мо­сох­ра­не­ния и, как все жи­вые су­щес­т­ва, испы­ты­ва­ет ужас смер­ти. Ее смерть очень жес­то­ка: от мед­лен­но­го уду­шья, с ра­зор­ван­ны­ми внут­рен­нос­тя­ми или гу­бой.

О­хо­та соп­ро­вож­да­ет­ся бо­лее остры­ми ощу­ще­ни­я­ми, чем ры­бо­лов­с­т­во. В сво­ей кни­ге «Ре­во­лю­ция жи­вот­ных» д-р Ри­чард Рай­дер ука­зы­ва­ет, что хо­тя охо­та не всег­да явля­ет­ся отра­же­ни­ем са­диз­ма охот­ни­ка, но этот эле­мент мо­жет при­сут­с­т­во­вать.

О­хот­ни­ки вос­пе­ва­ли агрес­сив­ность, пе­ре­жи­ва­е­мую во вре­мя охо­ты, вос­торг прес­ле­до­ва­ния вра­га с ору­жи­ем в ру­ках и жаж­дой убить его, на­зы­вая это вос­тор­гом борь­бы не на жизнь, а на смерть. По по­во­ду этих «муж­с­ких доб­лес­тей», обна­ру­жи­ва­ю­щих се­бя при охо­те, проф. Фри­ман пи­сал в 1869 го­ду: «Риск при этих ви­дах спор­та и пред­по­ла­га­е­мая му­жес­т­вен­ность, ког­да се­бя под­вер­га­ют рис­ку, обыч­но под­чер­ки­ва­ют­ся, как одно из дос­то­инств это­го ви­да спор­та. Воз­мож­но, я очень слеп и ни­зок ду­хом, но му­жес­т­вен­ный дух охо­ты на лис мне сов­сем не пред­с­тав­ля­ет­ся му­жес­т­вен­ным, а однов­ре­мен­но трус­ли­вым и глу­пым. Дух охо­ты трус­лив, по­то­му что жес­то­кость нап­рав­ле­на про­тив жер­т­вы, ко­то­рая не мо­жет за­щи­тить­ся от му­чи­те­лей, на­хо­дя­щих­ся в пол­ной бе­зо­пас­нос­ти. Дух охо­ты туп, по­то­му что глу­по бы­ло бы рис­ко­вать жиз­нью без дос­та­точ­ной при­чи­ны. Му­жес­т­вен­но, бо­лее, чем му­жес­т­вен­но, по­ве­де­ние че­ло­ве­ка, ко­то­рый жер­т­ву­ет со­бой или рис­ку­ет сво­ей жиз­нью за дос­той­ное де­ло. Но я не ви­жу ни­че­го му­жес­т­вен­но­го, абсо­лют­но ни­че­го дос­той­но­го в том, что че­ло­век рис­ку­ет жиз­нью ра­ди не­дос­той­но­го де­ла или без при­чин во­об­ще».

В до­ис­то­ри­чес­кую эпо­ху до­бы­ча пи­щи и за­щи­та от хищ­ни­ков бы­ли важ­ным и опас­ным де­лом. Дей­с­т­ви­тель­но, тре­бо­ва­лось му­жес­т­во от муж­чин ка­мен­но­го ве­ка, что­бы на­пасть на ма­мон­та со сво­и­ми при­ми­тив­ны­ми ко­пья­ми и за­щи­щать свои се­мьи от саб­ле­зу­бо­го тиг­ра; одна­ко пос­те­пен­но, по ме­ре то­го, как при­ро­да за­во­е­вы­ва­лась и пи­ща ста­ла вы­ра­щи­вать­ся, не­об­хо­ди­мость в охо­те и по­ко­ре­нии при­ро­ды ста­ла отпа­дать. Тем не ме­нее, муж­чи­ны не хо­те­ли ли­шать се­бя удо­вольс­т­вия, ко­то­рое они по­лу­ча­ли от про­яв­ле­ния сво­ей му­жес­т­вен­нос­ти та­ким пу­тем.

Е­ще в XII ве­ке Джон из Са­лис­бе­ри кри­ти­ко­вал охот­ни­ков, го­во­ря: «Пос­то­ян­но сле­дуя этим пу­тем в жиз­ни, они те­ря­ют зна­чи­тель­ную до­лю сво­ей гу­ман­нос­ти и ста­но­вят­ся поч­ти та­ки­ми же ди­ки­ми, как те зве­ри, на ко­то­рых они охо­тят­ся».

В Ве­ли­коб­ри­та­нии осо­бую по­пу­ляр­ность при­об­ре­ла охо­та на лис, хо­тя она и не прес­ле­до­ва­ла эко­но­ми­чес­ких це­лей; как жа­ло­ва­лись фер­ме­ры, со­ба­ки при­но­си­ли боль­ший урон их хо­зяй­с­т­ву, чем ли­сы. Унич­то­же­ние ди­чи в ре­зуль­та­те охо­ты при­ве­ло к не­об­хо­ди­мос­ти соз­да­ния пар­ков, как мес­та для охо­ты.

Дру­гой при­мер «му­жес­т­вен­но­го спор­та», прак­ти­ко­вав­ше­го­ся в Австра­лии до са­мо­го не­дав­не­го вре­ме­ни, — охо­та на кен­гу­ру. Без­за­щит­ное жи­вот­ное уби­ва­ли сот­ня­ми ра­ди удо­вольс­т­вия убить. Охо­та обыч­но про­во­ди­лась но­чью, жи­вот­ных сле­пи­ли про­жек­то­ром, что­бы они не мог­ли убе­жать, за­тем под­хо­ди­ли к кен­гу­ру, бра­ли его за го­ло­ву и пе­ре­ре­за­ли гор­ло. В охо­те на кен­гу­ру отсут­с­т­ву­ет да­же азарт по­го­ни, борь­бы — в ней нет ни­че­го, кро­ме удо­вольс­т­вия пе­ре­ре­зать жи­вот­но­му глот­ку. Охо­та в за­по­вед­ни­ках в на­шей стра­не обес­пе­чи­ва­ла та­ко­го же ро­да удо­вольс­т­вие охот­ни­кам, ко­то­рые си­де­ли на низ­кой выш­ке, мет­ра два над зем­лей, и их дичь — при­кор­м­лен­ные ка­ба­ны, пас­лась у них под но­га­ми.

В XIX ве­ке ста­ла мод­ной охо­та на круп­ную дичь. Как след­с­т­вие это­го увле­че­ния бы­ли в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни унич­то­же­ны жи­вот­ные Афри­ки: сло­ны, но­со­ро­ги, львы, ле­о­пар­ды. В этом же ве­ке вош­ло в мо­ду укра­ше­ние до­ма тро­фе­я­ми охо­ты: шку­ра­ми, ро­га­ми, го­ло­ва­ми и це­лы­ми чу­че­ла­ми уби­тых жи­вот­ных. Эта мо­да спо­соб­с­т­во­ва­ла унич­то­же­нию ди­ких жи­вот­ных с еще боль­шим азар­том.

Фан­та­зия, раз­но­об­ра­зие, с ко­то­рым че­ло­век обстав­ля­ет охо­ту, до­ка­зы­ва­ет одно — он дей­с­т­ви­тель­но по­лу­ча­ет огром­ное удо­вольс­т­вие от про­цес­са уби­ва­ния, от ви­да пред­с­мер­т­ных мук дру­го­го су­щес­т­ва.

Ссыл­ки охот­ни­ков на ра­дость обще­ния с при­ро­дой во вре­мя охо­ты, на то, что охо­та толь­ко по­вод, что­бы по­бы­вать в ле­су, зву­чат не слиш­ком убе­ди­тель­но: та­кая фор­ма обще­ния с при­ро­дой, с ди­ки­ми жи­вот­ны­ми, как фо­то­о­хо­та, т.е. съем­ка жи­вот­ных в естес­т­вен­ных усло­ви­ях, не за­во­е­ва­ла се­бе та­кой по­пу­ляр­нос­ти, как са­ма охо­та. Хо­тя фо­то­о­хо­та со­дер­жит в се­бе и эле­мен­ты ро­ман­ти­ки: выс­ле­жи­ва­ние зве­ря, ожи­да­ние его в лес­ной ча­ще, уме­ние под­ло­вить мгно­ве­ние, хо­тя она то­же при­но­сит «тро­фе­и» — фо­тог­ра­фии, все рав­но для нас­то­я­щих охот­ни­ков нич­то не мо­жет за­ме­нить азар­та убий­с­т­ва, ощу­ще­ния по­бе­ды над сла­бым.

Более подробно о вреде  любительской  ( спортивной ) охоты можно прочитать в книге ” Брось охоту-стань человеком” http://www.ecoethics.ru/old/b70/

 

 

07.01.2019   Рубрики: Нет - спортивной охоте!, Новости