Коррупционная составляющая регуляционных мероприятий в заповедниках Украины

В.Е. Борейко

Киевский эколого-культурный центр

Любое вторжение в заповедную экосистему, пускай под благими предлогами – «отремонтировать», «отрегулировать», «подправить», «восстановить природный комплекс» и т.п. – есть грубое вмешательство в природу заповедника.

Однако нередко желанием «отремонтировать» заповедную экосистему движут отнюдь не благие мотивы, которые стыдливо замалчиваются в литературе по заповедному делу.

В связи с тем, что хозяйственники, под видом регуляции, получают бесплатно доступ к природным ресурсам заповедника (лес, сено, рыба, мясо диких копытных, мед, грибы, ягоды и т.п.), часто возникает очень возможная вероятность коррупции.

Особенно это проявляется в согласовании Минэкологией Украины Проектов организации территории или лимитах некоторым природным заповедникам, причем грубо нарушаются требования статьи 16 Закона Украины «О природно-заповедном фонде Украины». Так, в Проекте организации Крымского заповедника согласовано строительство 3 вертолетных площадок, а также любительская рыбалка, производство и продажа товарной рыбы, что запрещено данной статьей Закона.

Проектом организации Ялтинского горно-лесного заповедника предусмотрена заготовка семян, что также запрещено данным Законом.

Тому же Крымскому заповеднику, подчиненному Государственному Управлению делами Президента Украины, Минэкология Украины на 2012 г. согласовала лимиты на «регулирование» численности животных (отстрел, отлов) 45 оленей, 26 диких кабанов и 7 муфлонов. Для проведения этой «регуляции» в Крымском заповеднике существует не только 3 вертолетных площадки, но и около 40 охотничьих вышек, более 10 подготовленных к отстрелу урочищ, большое количество дорог с твердым покрытием, «охотничьи» домики, сауны, а также штат «регуляторов», состоящий из главного охотоведа, охотоведов и егерей. Можно с большой долей вероятности предположить, что согласование этих лимитов не обошлось без задействования коррупционных схем.

Непонятно, какое отношение к заповедному делу имеют несколько питомников новогодних елок и многочисленные пасеки, находящиеся в заповеднике «Медоборы» и, по видимому, тоже не за так согласованные Минэкологией Украины.

Коррупционная составляющая регуляционных мероприятий в заповедниках многократно возрастает еще и по причине того, что выполнение лимитов никак не контролируется Минэкологией Украины.

Так, по данным Счетной палаты Украины в Крымском заповеднике в середине 2000-х годов вырубка леса в 15 раз превысила лимиты («Заповідний…», 2009). В отделении Украинского степного заповедника – Хомутовской степи, ради прокорма расплодившихся на усадьбе заповедника лошадей (которых также завезли для «регуляции») степь в 2004 г. незаконно косили 2 раза в год – летом и осенью.

Регуляционные мероприятия нередко провоцируют хозяйственное использование заповедников и, по сути, часто выступают как научно «обоснованное» прикрытие элементарного заготовления леса, сена, мяса диких животных, и даже браконьерства. Например, в Днепровско-Орельском заповеднике под видом «регуляционных мероприятий» была проведена очистка зарастающих рукавов Днепра с целью улучшения условий рыбалки с подъездом на моторных лодках.

Ведь чего греха таить: на самом деле частенько под видом «научно» обоснованных «регуляционных мероприятий» лу­каво осуществляется обыкновенное хозяйственное ис­пользование заповедников и национальных парков. Нужно накосить траву и продать — говорят о «поддержании степ­ных экосистем», требуется нарубить дров — вспоминают о «восстановлении коренных лесов», пришла пора запастись на зиму мясом — приступают к «восстановлению оптималь­ной численности» кабанов и оленей, хочется вкусной ухи – Днепровско-Орельский заповедник получает «научный» лимит на отлов полторы тонны рыбы в год.

Продавая дармовое сено, директор заповедника испытывает искушение в следующий раз под видом «регуляционного мероприятия» получить больше «навара», уменьшив абсолютно-заповедный участок и увеличив площадь покосов в заповеднике. Затем можно будет «научно обосновать» проведение охоты для иностранцев в охранной зоне заповедника, рубку деревьев, ловлю красивых жуков и бабочек и даже валютное «изъятие» краснокнижных видов. Раз встав на скользкий путь, очень трудно остановиться. Такую практику мы уже имеем сейчас во многих заповедниках Беларуси и республик Средней Азии.

Желание добраться до бесплатных природных ресурсов заповедников любой ценой поражает коррупцией не только чиновников Минэкологии Украины или руководство некоторых природных заповедников, но и заповедную науку, прежде всего лесную.

Иначе чем можно объяснить тот факт, что в заповеднике «Росточье» лесная наука обосновала проведение санитарных рубок в год общей площадью в 6 раз больше, чем на равном ему по территории Каневском заповеднике?

Как считает польский эколог А. Ермачек, обсуждающий сходные проблемы, – «предрассудки эти повторяются чаще всего несознательно, однако бывает, они повторяются и сознательно в целях персональной корысти или даже для обоснования своей позиции и модели управления биотопом (…) (Jermaczek, 2010).

В качестве яркого примера «рыночной» заповедной науки можно привести статьи директора природного заповедника «Медоборы» М. Музыки и его львовского коллеги – преподавателя Украинского государственного лесотехнического университета В. Бондаренко, обосновывающих массовые рубки леса в заповеднике «Медоборы» под видом «восстановления» коренных природных комплексов (Бондаренко, Музыка, 1998, Музыка 1999, Бондаренко и др., 2001).

В результате чего объем лесозаготовок в этом заповеднике в некоторые годы почти равнялся добыче леса в обыкновенных лесхозах (Онищенко, 2000), что, естественно, увеличило и доход заповедника.

Наверное именно поэтому В. Бондаренко и считает, что «абсолютная заповедность для всей территории любого украинского заповедника вещь нереальная и надуманная» (Бондаренко и др., 2001).

Проведение регуляционных мероприятий в заповедниках, прежде всего таких широкомасштабных как рубки леса и покосы полностью лишают науку возможности проводить в заповеднике независимые долговременные научные наблюдения, которые так важны для изучения процессов естественной смены пород, смены лесных, степных и луговых формаций. Вместо этого наука превращается в беспринципную и жалкую субстанцию, обслуживающую проникшую в заповедное дело рыночнуюэкономику. С сожалением приходится констатировать,что именно «экологи-регуляторы» и заповедная наука Украины нимало виновны в том, что сами того не желая, подготовили юридическую базу и ошибочное общественное мнение для беспрецедентного по своим масштабам использования природных ресурсов заповедников и национальных парков Украины, которое началось с 2010 года. Когда только природно-заповедные учреждения Минэкологии Украины увеличили доход от использования своих природных ресурсов с 2 млн. гривен до 150 млн. гривен.

Например, по данным Счетной палаты Украины, в 2006-2008 годах Ялтинский горнолесной и Крымский заповедники, благодаря регуляционным мероприятиям и другой хозяйственной деятельности, «которая приводит к потере режима заповедности, заработали 2,6 млн. гривен» («Заповідний…», 2009).

03.02.2014   Рубрики: Идея абсолютной заповедности, Новости