История создания концепции заповедности

В.Е.Борейко

 

Концепция заповедности, которая является краеугольным камнем отечественного заповедного дела, и прежде всего природных заповедников, развивалась практически ровно сто лет, начиная с 1908 г. Она прошла долгий, и даже, во многом трагический путь своего развития, была проверена временем и в настоящее время является наиболее экологически грамотной, этически целесообразной и перспективной концепцией развития природных заповедников и других ОПТ.

Её экологические и практические составляющие были разработаны известными российскими экологами, выдающимися специалистами в области заповедного дела Г.А. Кожевниковым, А.М. Краснитским, С.А. Дыренковым, Ф.Р. Штильмарком, а также Д.К. Соловьевым, В.В. Станчинским, В.В. Докучаевым, В.И. Талиевым, А.П. Семеновым-Тян-Шанским, В.П. Семеновым-Тян-Шанским, И.П. Бородиным, Г.Ф. Морозовым, А.А. Янатой, А.Л. Пясецким и др.

В 2013 г. известным российским деятелем заповедного дела В.А. Бринихом к концепции заповедности был предложен последний шестой принцип, полностью сделавший концепцию гармоничной и выполнимой на практике.

Этическая, философская, идеологическая составляющие концепции заповедности были разработаны в конце 20 века американскими экофилософами. Основной вклад внесли Дж. Тернер, Х. Ролстон III и Т. Бирч.

С учетом всех предложений российских экологов и американских экофилософов, концепция заповедности была доработана в марте 2014 г. В.А. Бринихом и В.Е. Борейко. Прообразом реализации концепции заповедности являлись языческие священные рощи, имеющиеся в большом количестве у различных народов дохристианской истории. Охранный режим в священных рощах был строже, чем в современных заповедниках. Чтобы не потревожить богов, в них ничего нельзя было делать или забирать с собой. Большинство священных рощ являлись свободными от человеческой модификации и манипуляции. В них царила абсолютная заповедность. Многие заповедные священные рощи затем были уничтожены христианскими священниками.

Вновь к идее абсолютной заповедности человечество вернулось спустя многие века, лишь в начале 20 века, когда немецкий природоохранник Г.Конвенц создал первые строго заповедные резерваты и обосновал заповедность в своих работах.

В 1908 году профессор-зоолог Московского университета, пионер охраны природы Григорий Александрович Кожевников сделал ставший вскоре классическим доклад «О необходимости устройства заповедных участков для охраны русской природы» на Всероссийском юбилейном акклиматизационном съезде в Москве. На нем им впервые была высказана гениальная идея, что для поддержания естественных спонтанных природных процессов и явлений дикой природы, на больших участках свободной природы должен вводиться режим полной (абсолютной) заповедности, предполагающий запрет на любое хозяйственное или регуляционное вторжение. Такая территория объявлялась заповедником. Заповедники, по идее Г.А. Кожевникова, создавались для защиты права дикой природы на существование и проведение мониторинговых исследований.

Идея абсолютной заповедности Г.А. Кожевникова заключалась в следующих словах: «Не надо ничего устранять, ничего добавлять, ничего улучать. Надо предоставить природу самой себе и наблюдать результаты». Это был этический императив.

Другой классик заповедного дела, петербургский охотовед Д.К. Соловьев в 1918 г. дал первое определение заповеднику — «Заповедником (постоянным) называется определенная площадь, объявленная неприкосновенной навсегда со всеми или частью относящихся к ней организмов и предметов. В первом случае заповедник будет полным, во втором — частичным» (78). Далее Д.К. Соловьев добавил: «Следует отметить, что абсолютной заповедности даже в общих заповедниках обыкновенно нельзя достигнуть, так как это доводило бы нас иногда до абсурда. Некоторые участки могут быть представлены сами себе без малейшего касательства человека, но вообще невозможно совершенно изолировать заповедник от внешней жизни, а можно только ослабить ее влияние бдительной охраной» (78).

Его идея абсолютной заповедности была поддержана научным сообществом, а также руководящими чиновниками Наркомпроса Российской Федерации и была положена в практику создания первых советских заповедников, а также реализована в первых юридических актах о заповедниках. В утвержденном 22 февраля 1929 г. Наркомпросом РСФСР типовом положении о заповедниках, говорилось, что «Полным заповедником признается участок земельной или водной площади, который со всеми находящимися на нем ив нем произведениями природы (растениями, животными, почвами, горными породами, минералами и пр.) навсегда сохраняется в неприкосновенном виде. Вследствие этого естественное состояние полного заповедника не может быть нарушаемо воздействием человека на природу, а также не допускается хозяйственное использование заповедной территории.

Воздействие человека на природу полного заповедника разрешается лишь поскольку это необходимо для достижения поставленных перед заповедником целей научного исследования и охраны» (67).

В принятом 20 июня 1930 г. Постановлении ВЦИК и СНК РСФСР «Об охране и развитии природных богатств СССР», которое уже распространялось на все без исключения российские заповедники, в разделе II «О заповедниках» было сказано «6. Полными заповедниками объявляются участки природы, в отношении которых воспрещается в общем их хозяйственное использование и какое бы то ни было нарушение их естественного состояния. При полном заповеднике может быть образован охранный район, задачей которого является создать естественную ограду для полного заповедника. Вопрос об охранной зоне разрешается в каждом случае тем органом, который учреждает заповедник (ст. 11).

В отношении полных заповедников воспрещается всякого рода их использование и нарушение их естественного состояния. Исключения из этого правила допускаются по особым распоряжениям органов, в ведении которых заповедники находятся, лишь в тех случаях, когда стихийные бедствия или другие обстоятельства угрожают разрушением заповеднику или его охранным районам, или когда этого требуют интересы охраны заповедников» (74). В октябре 1930 г. один из организаторов украинских заповедников, профессор А.А. Яната разработал «Положение о государственных заповедниках Наркомзема и направлении научно-исследовательской и экспериментальной работы в них», которым предусматривалось создание в заповедниках абсолютно-заповедной территории» (75).

Как мы видим, режим заповедности, установленный в заповедниках России и Украины в 1929 г. и 1930 г., полностью отвечал взглядам Г.А. Кожевникова об абсолютной заповедности и являлся более строгим, чем в заповедниках России, Украины, Беларуси спустя 80 лет, в 2013 г. (когда в природных заповедниках разрешаются различные регуляционные мероприятия, туризм, «восстановление» природных комплексов и т.п.).

Состоявшийся в 1929 г. в Москве Первый Всероссийский съезд по охране природы, где Г.А. Кожевников был одним из его ведущих, поддержал требования большинства выступающих по еще большему ужесточению режима заповедников, высказался против развития в заповедниках туризма и проведения регуляционных мер (74). Съезд также поддержал предложение В.В. Станчинского об изучении природных процессов в неприкосновенных заповедных участках в «их динамике и противоречиях» как эталонах эволюции (74). О необходимости сохранения заповедников в «нетронутом виде» высказался и 4-й Всесоюзный съезд зоологов, анатомов и гистологов, проходивший в 1930 г. в Киеве (79).

Однако Первый Всесоюзный съезд по охране природы в СССР, проходивший в Москве в январе-феврале 1933 г., под новым лозунгом «использование природы для нужд социалистического строительства», предал идею абсолютной заповедности анафеме: «Съезд категорически отвергает буржуазную теорию о невозможности управления процессом дикой природы и о полном невмешательстве человека в ее процессы на заповедных территориях». Ловко навешанный ярлык «буржуазная» имел смертельную политическую окраску и ставил крест на идее абсолютной заповедности. Быть отнесенным к «буржуазии» в стране пролетариев и крестьян означало скорую и реальную смерть.

В своей статье «К итогам работы I Всесоюзного съезда по охране и развитию природных богатств СССР» В.Н. Макаров с удовлетворением подвел его главный итог, заявив, что съезд «решительно осудил принцип полного невмешательства человека в природу заповедников, как принцип реакционный и противоречащий диалектическому взгляду на природу, ее законы и на место человека в природе» (74). Позже были репрессированы и носители идеи абсолютной заповедности — известные экологи и работники заповедников — В. В. Станчинский, А.А. Яната, А.А. Шуммер, С.И. Медведев и др.

Сами заповедники в 1930-х годах были превращены в центры «пролетарского туризма», базы для акклиматизации «полезных» животных и растений.

В 1951 г. 88 заповедников СССР, за «бесполезностью», было закрыто. В оставшихся проводили регуляционные мероприятия, «научные» отловы и отстрелы, регулирование «вредителей», массовый туризм и т.п.

В литературе по заповедному делу в 1960–1970-х стала появляться критика идеи Г.А. Кожевникова об абсолютной заповедности. В первую очередь она исходила от ботаников, которые приводили факты того, что под воздействием режима абсолютной заповедности в степи накапливается ветошь, что негативно влияет на ковыль, типчак, да и во многих местах степь начинает зарастать кустарником. Поэтому они стали предлагать «защитить» степь при помощи сенокоса или выпаса лошадей. Еще одно направление критики исходило от лесников, которые призывали на антропогенных участках лесных заповедников «помочь» природе путем рубки леса в целях восстановления коренных лесов. Некоторые экологи говорили о том, что абсолютная заповедность невозможна по причине глобального влияния человека на природу (глобальное загрязнение, тепловое воздействие на атмосферу, кислотные дожди, занос растений-интродуцентов и т.п.) Ряд исследователей вполне справедливо говорили о том, что в природных заповедниках, имеющих площадь 1 тыс. га и меньше, идея абсолютной заповедности, как ее понимал Г.А. Кожевников, вообще не реальна.

Вся эта критика, казалось, не оставляла на идее абсолютной заповедности камня на камне, и, по видимому, с ней было покончено навсегда.

Однако в 1974 г. в журнале «Охота и охотничье хозяйство» появляется интереснейшая статья одного из лучших на ту пору директоров российских заповедников ботаника-лесовода Алексея Михайловича Краснитского «Лесохозяйственные тенденции в заповедниках», написанная с позиции абсолютной заповедности. Это была первая статья, в которой одна из самых распространенных в заповедниках СССР регуляционных мер — рубки леса была подвергнута жесткой и научно аргументированной критике. Затем этой теме А.М. Краснитский посвятил еще несколько статей, а в 1983 г. опубликовал в московском издательстве «Лесная промышленность» свою монографию «Проблемы заповедного дела», где опять, впервые в СССР, подверг критике не только рубки леса, но и сенокосы в заповедниках, регулирование численности животных, «оптимизацию» гидрологического режима и другие регуляционные мероприятия в заповедниках.

К 1978 г. относятся первые публикации другого классика концепции заповедности, доктора биологических наук, лесовода, зав. отделом Ленинградского НИИ лесного хозяйства Станислава Алексеевича Дыренкова. Вместе с А.М. Краснитским они опубликовали несколько работ с критикой сенокошения в степных заповедниках. Перу С.А. Дыренкова принадлежит важная работа об организации участков с полным заповедным режимом.

Однако главным вкладом А.М. Краснитского и С.А. Дыренкова является разработка нормативной системы концепции заповедности, позволяющей разрешать конфликты на местах, в частности, они предложили в 1978 г. важнейший принцип концепции заповедности — принцип разделения двух функций заповедных территорий (принцип Краснитского—Дыренкова). Он позволяет разрешить серьезнейшую проблему со степными заповедниками.

В целях разрешения противоречий между охраной экосистем (спонтанных процессов в них) и консервацией определенного, уже известного состояния экосистем путем имитации или полного сохранения того режима, который явился условием их возникновения, охрана спонтанно развивающихся экосистем является предназначением природных заповедников, а консервация уже известного состояния экосистем путем имитации или полного сохранения того режима, который явился условием их возникновения, — предназначением национальных парков, заказников и т.п.

Зарастание кустарником и образование ветоши допускается в степных заповедниках, но в других ОПТ с этими явлениями следует бороться при помощи сенокосов и выпаса лошадей.

К сожалению, этот важнейший принцип, который затем органически вошел в концепцию заповедности, был опубликован ими в 1978 г. в малоизвестном сборнике, вышедшем небольшим тиражом — «Тезисы докладов VI делегатского съезда ВБО» и не был оценен современниками. К нему вернулись лишь спустя более чем через 30 лет.

К сожалению, важнейшая и плодотворная работа А.М. Краснитского и С.А. Дыренкова по разработке на базе идеи абсолютной заповедности Г.А. Кожевникова полноценной концепции заповедности вскоре прервалась самым нелепым образом. После тяжелой болезни в 1985 г. умер А.М. Краснитский, а С.А. Дыренков в 1988 г. покончил с собой.

Однако к этому времени в России сформировался еще один соавтор концепции заповедности. Этим человеком стал доктор биологических наук, один из самых известных природоохранников и деятелей заповедного дела России конца 20 века — Феликс Робертович Штильмарк. В сферу его научных интересов входила история охраны природы, поэтому он хорошо был знаком с классическими работами Г.А. Кожевникова по идее абсолютной заповедности.

Первая его работа, в которой он затронул эту тему, была опубликована в 1978 г. (совместно с Н.Ф. Реймерсом) в московском издательстве «Мысль» — монография «Особо охраняемые природные территории».

В 1981 г. в трудах ЦНИЛ Главохоты РСФСР (где он работал), Ф.Р. Штильмарк опубликовал свою вторую научную работу по абсолютной заповедности — «Принципы заповедности (теоретические, правовые и практические аспекты), в 1984 г. — «Что такое заповедность?», в 1985 г. а Алма-Ате — «Определение и смысл заповедности», в 1992 г. Ф.Р. Штильмарк возвращает читателям классические труды Г.А. Кожевникова об абсолютной заповедности, публикуя их в одном из сборников. С1981 г. до самой своей смерти в 2005 г. Ф.Р. Штильмарк был самым активным защитником идеи абсолютной заповедности в СССР и на постсоветском пространстве. По этой теме он опубликовал около 20 работ.

Однако главная заслуга Ф.Р. Штильмарка состоит в том, что он творчески развил идею абсолютной заповедности, придав ей форму концепции.

Прежде всего он ответил на многочисленную критику идеи абсолютной заповедности, практически закончив разработку нормативной системы, придав теоретическим взглядам Г.А. Кожевникова возможность практической реализации в условиях заповедников.

Во-первых, он заявил о том, что косвенное влияние человека на природу не должно рассматриваться при поддержке режима заповедности; во-вторых, заповедность распространяется не только на естественные участки дикой природы, но и на участки заповедников, имевших антропогенное воздействие, где заповедание рассматривается как реанимация природной системы (этот принцип предложен совместно с Н.Ф. Реймерсом); в третьих, абсолютная заповедность является идеалом, к которому нужно стремиться в любом заповеднике; в четвертых, заповедность предполагает ограничение до минимума влияния в заповедниках научных исследований и действий службы охраны.

Существенный вклад в разработку концепции о заповедности внесли в конце 20 века современные американские экофилософы. Благодаря им эта концепция получила еще и экоэтическое, философское, идеологическое наполнение. Прежде всего речь идет о свободе и автономии дикой заповедной природы, без которых, по мнению Джека Тернера, дикая природа не может оставаться свободной, то-есть дикой. Поэтому любое вмешательство в дикую природу приручает ее и уменьшает ее дикость. Дж. Тернер поддерживает концепцию заповедности, основанную не на контроле над дикой природой, а на защите ее свободы, естественности, хаоса и путаницы.

Другой американский экофилософ — Холмс Ролстон III писал, что дикость, автономия и свобода являются главными ценностями дикой природы и поэтому мы должны предоставить дикой природе возможность идти своим путем. Томас Бирч писал о необходимости предоставления в заповедных территориях свободы для самооопределения дикой природы. Пока же заповедные территории превращены в резервации для дикой природы, где дикая природа не является свободной.

Концепция заповедности защищает свободу дикой природы, которая, в свою очередь, обеспечивает спонтанное развитие естественных природных экосистем и такое важное качество дикой природы как дикость. Потеря свободы уменьшает, ограничивает способность природы к созиданию. Свобода, как считают американские экофилософы — основное условие существования дикой природы. Защита в заповеднике права дикой природы на существование и свободу — также является этическим императивом концепции заповедности.

Своя школа абсолютной заповедности родилась в Украине, в Харькове. У ее истоков стоял известный украинский энтомолог, эколог, заведующий кафедрой энтомологии Харьковского университета, д.б.н. С.И. Медведев. Им были продолжены прерванные в 1934 г. (из-за репрессий) исследования энтомофауны в степных заповедниках. Ученики С.И. Медведева — д.б.н. А.В. Захаренко, к.б.н. В.Н. Грамма, Б.М. Якушенко и другие, убедившись в колоссальном вреде для насекомых от регуляционных мер в степных заповедниках, стали активно выступать против сенокошения и палов. Так родилась Харьковская школа поборников идеи абсолютной заповедности. В своих статьях представители Харьковской школы поборников идеи абсолютной заповедности заявляли, что «основным принципом сохранения биоразнообразия степной биоты должен стать принцип полного невмешательства в заповедные экосистемы». И если заслуга А.М. Краснитского состояла в том, что он первым доказал абсурдность и экологический вред санитарных рубок в лесных заповедниках, то представители Харьковской школы поборников идеи абсолютной заповедности первыми исследовали и доказали экологический вред от регуляционных мероприятий (сенокошения, палы, выпас) в степных заповедниках.

С середины 1980-х годов концепция заповедности приобрела своих сторонников в лице таких видных российских экологов и деятелей заповедного дела как академик АН СССР В.Е. Соколов, доктора биологических наук Н.Ф. Реймерс, К.П. Филонов, А.А. Насимович, В.Н. Тихомиров. В 1997 г. группой видных московских экологов (В.Е. Соколов, К.П. Филонов, Ю.Д. Нухимовская, Г.Д. Шадрина) была издана очень важная монография «Экология заповедных территорий», в которой авторы, вслед за А.М. Краснитским и С.А. Дыренковым, подвергли острой критике различные регулировочные мероприятия в заповедниках.

К сожалению, с конца 1990-х годов в заповедное дело постсоветских стран стали проникать элементы рыночной экономики и «активной» охраны природы, и идея абсолютной заповедности, уже по идеологическим причинам, стала подвергаться некоторыми экологами-регуляторами, кучкующимся возле Российского офиса ВВФ, насмешкам.

В 2005 г. Киевским эколого-культурным центром и Центром охраны дикой природы (г. Москва) были собраны воедино практически все работы Ф.Р. Штильмарка об идее абсолютной заповедности и изданы посмертной книгой Ф.Р. Штильмарка «Идея абсолютной заповедности».

К сожалению, скоропостижная смерть Ф.Р. Штильмарка не дала ему возможность поработать над концепцией заповедности, придав ей законченный вид. Однако его наработки, так же как идеи А.М. Краснитского, С.А. Дыренкова, Х. Ролстона III, Т. Бирча и Дж. Тернера позволили В.А. Бриниху и В.Е. Борейко завершить работу над концепцией заповедности.

 

Более подробно о проблемах украинских заповедников  и концепции заповедности можно прочитать в книге В.Е.Борейко, А.О.Паламарчук,  Заповедники Украины без гламура. Мониторинг нарушений заповедного режима. 2003-2013 гг, Материалы независимого расследования, 2014, К., КЭКЦ, 128 стр.  http://ecoethics.ru/wp-content/uploads/2014/06/int_glamur_zap_2014.pdf

 

 

05.09.2017   Рубрики: Борьба за заповедность, Новости