Идеологические основы создания заповедников. Идея абсолютной заповедности в «Лесной песне» Леси Украинки (1895–1918)

Вл.Борейко

 

 

В 1895-1918 гг. выдающимися учеными, пионерами охраны природы России — В.В. Докучаевым, Г.А. Кожевниковым, А.П. Семеновым-Тян-Шанским, И.П. Бородиным, Д.К. Соловьевым, Г.Ф. Морозовым были высказаны основные научные, этические, эстетические и культурологические идеи, которые затем легли в теорию и практику создания природных заповедников и явились базой для разработки концепции заповедности.

Первым человеком, который высказал идею создания заповедников — принципиально новый природоохранной организации, сочетающей в себе охрану дикой природы и ее изучение, стал известный российский почвовед, профессор В.В. Докучаев. В начале 1890-х годов под его руководством в степях Украины и России работала «Особая экспедиция по облесительным и обводнительным работам в степях южной России». 

В 1895 г. В.В. Докучаев опубликовал ее «Труды», в которых писал: «Чтобы реставрировать степь, по возможности, в ее первобытном виде, чтобы воочию убедиться в том могущественном влиянии, какое может оказать девственный травяной покров на жизнь, и количество грунтовых и поверхностных вод; чтобы не дать возможность окончательно обестравить наши степи (как обезлесили лесостепную Россию); чтобы сохранить этот оригинальный степной мир потомству навсегда; чтобы спасти его для науки (а частью и практики); чтобы не дать безвозвратно погибнуть в борьбе с человеком целому ряду характернейших степных, растительных и животных форм — государству следовало бы заповедать… на юге России больший или меньший участок девственной степи и предоставить его в исключительное пользование первобытных степных обитателей, каковы вышеупомянутые, ныне вымирающие, организмы. И если на таком участке будет устроена постоянная научная станция…, то нет сомнения, затраты… сопряженные с устройством таких заповедной дачи и станции, быстро окупятся, и притом сторицею» (78).

В письме к своему полтавскому коллеге А.А. Измаильскому 10 мая 1894 г. ученый сказал: «Как Вы уже знаете, вероятно, из газет, я хлопочу теперь о том, чтобы в наших степях был заповедан участок (не меньше 100 десятин) девственной степи, участок, предоставленный в исключительное пользование самой природы — так сказать, первобытных обитателей (растений и животных) девственной степи. На этом участке будет выстроена постоянная научная станция (с необходимыми принадлежностями), доступная для ученых всех стран…» (79).

Таким образом, В.В. Докучаев первым высказал блестящую идею о работе постоянной научной станции на базе заповедного объекта, что потом было с успехом применено в советских заповедниках. Взгляды В.В. Докучаева на научную работу заповедников развил в 1910 г. известный ботаник Иосиф Конрадович Пачоский, проживавший в Херсоне. Говоря о важности организации в украинских степях ботанических станций с заповедными участками, он набросал краткую программу их научной деятельности, отмечая особую важность многолетних наблюдений за фауной и флорой наиболее типичных участков заповедных объектов (1, 4).

Профессор Московского университета Григорий Александрович Кожевников в 1908 г. одним из первых в Российской империи научно обосновал идею создания заповедников. Его слова стали «катехизисом» отечественного заповедного дела. «Чтобы иметь возможность изучать природу», — писал Кожевников, — «мы должны стараться сохранить ее в ее первобытной неприкосновенности в виде ее наиболее типичных формаций. Конечно, надо стремиться более всего сохранить целинную степь и первобытный лес таежного типа. Какая цель сохранения таких нетронутых участков? Прежде всего чисто научная, а затем, конечно, и практическая, т.к. только научное изучение природы дает нам прочные основы для практической деятельности (…)» (21).

Действительный член Российской Академии наук, один из основателей отечественного заповедного дела, ботаник Иван Парфеньевич Бородин в 1914 г. дополнил взгляды Г.А. Кожевникова о заповедниках несколько с других позиций: «Сколько бы защитных участков ни устроили у себя наши соседи, они не в состоянии заменить наших будущих заповедников. Раскинувшись на огромном пространстве в двух частях света, мы являемся обладателями в своем роде единственных сокровищ природы. Это такие же уники, как картины, например, Рафаэля, — уничтожить их легко, но воссоздать нет возможности» (80).

Основоположник научного лесоведения Г.Ф. Морозов в 1910 г. высказал принципиально новую мысль о том, что «выделение заповедных участков должно происходить, по возможности, планомерно и на основе ботанико-географического разделения, то есть так, чтобы заповедные участки имелись в каждой ботанико-географической области, представляя своей совокупностью ряд характернейших и наиболее ценных в научном отношении типов растительности» (81).Так возник научно обоснованный географический принцип организации системы заповедников, получивший широкое признание.

Д.К. Соловьев в 1918 г. впервые дал определение «заповедника»: «Заповедником (постоянным) называется определенная площадь, объявленная неприкосновенной навсегда, со всеми или частью относящихся к ней организмов и предметов. В первом случае заповедник будет полным, во втором — частичным» (109). Далее он писал: «Условие заповедности «навсегда» является чрезвычайно важным в деле сохранения первобытной природы. Действительно, только относительно постоянных заповедников мы можем ручаться (насколько это вообще доступно человеку и находится в его воле), что они сохранят в нетронутом сравнительно виде природу нашего времени для самых отдаленных людских поколений.

Следует отметить, что абсолютной заповедности даже в общих заповедниках обыкновенно нельзя достигнуть, так как это доводило бы нас до абсурда. Некоторые участки могут быть предоставлены сами себе без малейшего касательства человека, но вообще невозможно совершенно изолировать заповедник от внешней жизни, а можно только ослабить ее влияние бдительной охраной».

(…) Экономические интересы при создании подобных заповедников отсутствуют, а преобладают исключительно моральные, научные, эстетические и гигиенические» (109).

Но наиболее ярким выразителем этико-эстетического подхода в заповедном деле был известный петербургский энтомолог, профессор Андрей Петрович Семенов-Тян-Шанский. Человек высокой культуры, тонкий ценитель поэзии, музыки и оперы, переводчик Горация и исследователь Пушкина. В 1913 г. он писал: «Заповедники должны давать, следовательно, широкие и поучительные картины той естественной гармонии и того естественного развития, которые складывали природу данной климатической и почвенной зоны в определенные типы или формации до нарушения человеком естественных условий их существования» (82).

В 1919 г. в статье «Свободная природа, как великий живой музей, требует неотложных мер ограждений», его взгляды нашли более четкое отражение: «…свободная природа во всех своих нетронутых человеком участках есть великий синтетический музей, необходимый для нашего дальнейшего просвещения и умственного развития, — музей, который, в случае его разрушения, не может быть воссоздан руками человека. (…). Не говоря о том, что нетронутая человеком природа дает ему ничем не заменимые эстетические наслаждения, возвышая его душу, — на нас лежит и большой нравственный долг перед природой, — сыновний долг перед матерью (…).

Создавая и уважая законы всякого разумного общежития, мы не можем не сознавать, что на земной поверхности имеет высшее право свободного существования все на ней от века живущее» (83).

 

 

Идея абсолютной заповедности

в «Лесной песне» Леси Украинки

 

Классик украинской литературы Леся Украинка, находясь летом 1911 г. на лечении в Кутаиси (Кавказ), за 12 дней написала драму -феерию «Лісова пісня» ) «Лесная песня»). Как она позже призналась, это произведение ей было написано на честь дикой природы — древних «волинських лісів».

Мораль произведения следующая — дикая природа является красивой, свободной, но беззащитной. Поэтому любое взаимодействие с миром людей выливается для дикой природы гибелью. В качестве примера Леся Украинка описывает историю лесной царевны -лесной Мавки, прекрасной, вольной и доброй девушки, которая является поэтическим воплощением дикой природы. Ее друг, тоже лесное существо — Лесовик, предупреждал Мавку, чтобы она обходила мир людей стороной, иначе случится беда. Мавка не послушала Лесовика, и влюбилась в сельского парня — Лукаша.

Однако отношения с Лукашом приводят лесную царевну к гибели — она превращается в вербу, которую люди вначале калечат, а потом ее сжигают лесные существа.

Предостережения Лесовика оправдались: вступивши в контакт с человеком, дикая природа погибла.

«Лесная песня» начинается с описания древнего, неприкосновенного леса:

Старезний, густий, предковічний ліс на Волині. Посеред лісу простора галява з плакучою березою і з великим прастарим дубом. Галява скраю переходить в куп’я та очерети, а в одному місці в яро-зелену драговину — то береги лісового озера, що утворилося з лісового струмка. Струмок той вибігає з гущавини лісу, впадає в озеро, потім, по другім боці озера, знов витікає і губиться в хащах. Саме озеро — тиховоде, вкрите ряскою та лататтям, але з чистим плесом посередині. Містина вся дика, таємнича, але не понура. — повна ніжної, задумливої поліської краси. Провесна. По узліссі і на галяві зеленіє перший ряст і цвітуть проліски та сон-трава. Дерева ще безлисті, але вкриті бростю, що от-от має розкритись. На озері туман то лежить пеленою, то хвилює од вітру, то розривається, одкриваючи блідо-блакитну воду» (152).

Когда Лукаш хотел надрезать ножом березу из этого древнего, сказочного леса, Мавка схватила его за руку с просьбой: «Не руш! Не руш! Ні ріж! Не убивай!» (152).

Поэму Леси Украинки «Лесная песня « можно интерпретировать как отстаивание идеи абсолютной заповедности в поэтической форме, на основе принципа «не руш! не ріж! не убивай!»

«Не руш!» означает — ничего не тронь в дикой природе, далее конкретно — не режь травы (то есть, не коси сено), не губи деревья, не убивай зверей, птиц, рыб,насекомых.

Леся Украинки была уверена, что только таким образом — при помощи строгого заповедания — не руш! не ріж! не убивай! — можно спасти от гибели чудом уцелевшие участки дикой природы.

Более  подробно об истории концепции заповедности и развитии заповедного дела  – в новой книге Владимир Борейко   “Последние островки свободы. История украинских заповедников и заповедности ( пассивной охраны природы) ( 10 век-2015 г.)” , 2015, К., КЭКЦ,  240 стр.  http://ecoethics.ru/wp-content/uploads/2015/07/int_ostrovki_svob_2015.pdf

 

Пресс-служба КЭКЦ

01.12.2016   Рубрики: Борьба за заповедность, Новости