Экологические последствия путинской войны в Украине

Развязанная Путиным необъявленная «гибридная» война против Украины привела к серьезным экологическим последствиям на юго-востоке Украины (Донецкая и Луганская области).

Пожары, вызванные обстрелами, охватили 17 % лесов и 24 % степей в зоне АТО. В том числе огнем повреждены природно-заповедные объекты -  филиалы Луганского заповедника Провальская степь, Трехизбенская степь, региональные ландшафтные парки Донецкий кряж, Зуевский, национальный парк Святые горы и 13 заказников. Некоторые объекты природно-заповедного фонда повреждены обстрелами – национальные парки Святые горы, Меотида, отделение Украинского степного заповедника Кальмиусское, Меловая флора, региональные ландшафтные парки Донецкий кряж и Славянский курорт. На территории ряда объектов природно-заповедного фонда сооружены фортификационные сооружения, в том числе вне боевых действий, например, в национальном парке Двуречанский, находящемся на границе с Россией в Харьковской области, а также в филиале Украинского степного заповедника – Меловая флора.

На территории регионального ландшафтного парка Донецкий кряж похоронены убитые солдаты. За границами зоны АТО, на территории ландшафтного парка «Изюмская лука» на Харьковщине, а также на территории национального парка «Святые горы» неизвестные лица рубят лес, поясняя, что древесина «нужна для АТО».

Пользуясь отсутствием реального контроля, в некоторых объектах природно-заповедного фонда, например, в границах ландшафтного парка «Краматорский», самовольно распахано 100 га. В филиале Луганского заповедника Трехизбенская степь в западной части объекта выгорел лес на территории 5 га.

В Луганском заповеднике уничтожена администрация, в национальном парке «Меотида», филиале Луганского заповедника – Провальская степь, Станично-Луганский  и филиале Украинского степного заповедника – Хомутовская степь администрация захвачена боевиками. Ландшафтные парки Донецкий кряж, Зуевский и Клебан-Бык перестали существовать. Потерян персонал, документы, оборудование этих природно-заповедных объектов.

(Мінприрода призначить відповідальних осіб для моніторингу екологічного стану у зоні АТО,

www.KMU.gov.ua/control/publish/article?art_id=247899635

В начале мая 2015 г. в заповедной зоне национального парка Меотида – Кривой косе, боевиками под командованием Моторолы проводились военные маневры с использованием пулеметов и гранатометов. Уничтожено значительное количество птиц и птичьих гнезд.

В результате боев в филиале Украинского степного заповедника Меловая флора сильно пострадало урочище Кучугуры, где были устроены блиндажи, окопы и огневые точки.

Плотность воронок от снарядов в этом урочище составляет до 50 на 1 га. Площадь степного пожара – 5 га. В лесной части заповедника плотность воронок от снарядов составляет 3-5 на 1 га. Уничтожено около 100 меловых сосен, замусорена территория в 3 га. На всей территории осталось большое количество неразорвавшихся мин и снарядов. Большой степной пожар в результате боевых действий был в филиале Украинского степного заповедника – Кальмиусское (С.В. Лиманский, 2014, Военные действия на территории заповедника «Меловая флора», Степной бюллетень,  № 42, стр. 34-35).

В национальном парке Святые горы пожар, вызванный обстрелами, прошел 1000 га леса, от пожаров также пострадали заказники в Луганской области – Нагольчанский, Волнухинский, Белоречанский, Луганский, Перевальский и Песчаный.

В 2014 г. в зоне АТО был зафиксирован 2901 случай пожаров в лесных и степных территориях, что в 14 раз больше, чем вне зоны боевых действий. Огнем было пройдено 36226 га лесов, 113,735 га пастбищ и сенокосов, 147,045 пахотных земель. От огня пострадало 20 % всех каменистых степей в пределах Украины (А.В. Василюк, Д.В. Ширяева, Г.А. Коломыйцев, 2014, Военные действия в Украине привели к росту степных пожаров, Степной бюллетень, № 42, стр. 36-38).

Многие пахотные земли из-за обстрелов оказались выведенными из строя, так как буквально «напичканы» осколками. Только в районе Саур-Могилы насчитано 15505 воронок от снарядов. Только на пахотные угодья и земли ландшафтного парка Донецкий кряж попало 128 тонн вредных веществ и 392 тонны металлических осколков снарядов.

В городе Счастье Луганской  области из-за обстрелов  в августе 2014 г.  концентрация двуокиси серы   в воздухе превышала норму в 5 – 8 раз. Из-за обстрелов Славянска было  разрушено  19 канализационных и 3 водонапорные станции. Концентрация титана на месте разрыва снарядов в заповеднике Меловая флора в 150 раз превышает фоновые концентрации этого металла.  Превышение содержания свинца в районе боев  в этом заповеднике составило 1,3 раза, кадмия-в 1, 5 раза. Превышение фоновых показателей также  найдено по стронцию, ванадию. Во время боев в результате обстрелов возникали пожары на химических предприятиях- Донецкий казенный завод технических изделий, Донецкий завод “Точмаш”, Лисичанский нефтеперерабатывающий завод, Ясиноватский коксохимический завод, Авдеевский коксохимический завод. Влияние этих пожаров на окружающую среду катастрофическое ( Воєнні дії на сході України-цивілізаційні виклики людству, 2015,  Екологія-Право-Людина,  Львів, 132 стр).

«Затопление шахт, обстрелы химических предприятий, влекущие выбросы химических веществ, и обострение санитарно-эпидемиологической ситуации создают реальную угрозу экологической катастрофы», – считают украинские экологи (А. Манчук, 2015, Экология войны,

www.Livs.com.ua/theecology-of-war.html.

Во время взрывов снарядов и мин в воздух выделяется масса вредных веществ – СО, СО2,

NON2О, NO2, CH2OHCNN2и большое количество токсичной органики. В местах боев загрязнение воздуха по оксидам серы и азота превышало допустимые нормы в 5-8 раз.

Среди множества промышленных предприятий, поврежденных в результате боевых действий, оказались наиболее экологически опасные производства – Ясиноватский, Авдеевский и Енакиевский коксохимические заводы, Енакиевский металлургический завод, Лисичанский нефтеперерабатывающий завод, Донецкий казенный завод химических изделий, Славянская, Луганская и Кураховская тепловые электростанции, северодонецкий «Азот» и горловский «Стирол». Так, в результате артиллерийского обстрела на Авдеевском коксохимическом заводе произошел пожар и утечка коксового газа с большим содержанием бензола, толуола, нафталина, сероводорода, меркаптана, синильной кислоты и аммиака. Только в Луганской области загрязненными водами затоплено около 20 шахт, что ведет к дальнейшему загрязнению подземных вод.

В районе боев происходит массовое загрязнение почв горюче-смазочными материалами, металлическими осколками от снарядов и мин, а также обедненным ураном, который используется для повышения бронебойной способности некоторых боеприпасов.

При подаче воды на оккупированных боевиками территориях нередко не происходит их дезинфекция активным хлором, что может стать причиной возникновения инфекций (Д. Аверин, Н. Денисов, 2015, Война на востоке Украины: боевые действия и экологические последствия,

www.euaeco.com/?environmental-cjnseguences-bighting.

На территории Донецкой и Луганской областей расположено множество хвостохранилищ, которые представляют собой отстойники, отгороженные от водных объектов дамбами. Результаты разрушения таких объектов очевидны – токсичность отходов, которые хлынут в реки, и другие водные объекты – приведут к неминуемой экологической катастрофе, которая затронет не только Донбасс, но и соседние регионы. Ярким и, к сожалению, далеко не единственным примером такого «экологического» планирования хвостохранилищ может служить металлургический завод «Азовсталь». При его проектировании и строительстве в 30-х годах XX века местом расположения цехов было выбрано побережье Азовского моря, а в качестве шлаконакопителя, золонакопителя ТЭЦ и отвала шлаков мартеновского и конверторного производств было решено использовать часть акватории Азовского моря, отделённую обычной дамбой. Экологически опасными объектами являются и пруды-отстойники «Горловского химического завода», «Стирола», «Азота», «Лисичанской соды» и других предприятий горнодобывающей, горно-обогатительной, металлургической, коксохимической и химической отраслей промышленности.

О многих из этих объектов неоднократно писали. Критическая ситуация на многих из них рассматривалась на комиссиях различных уровней. Наибольшую опасность представляют собой отстойники «Горловского химического завода».

Не меньшую опасность в той же Горловке представляют ртутсодержащие отходы, захороненные на шахте 2-бис, где добывалась киноварь – сырье для производства ртути.

Даже в советское время денег на обеспечение водоотлива не было, а при его отключении пары ртути могли попасть в водоносные горизонты. Сейчас водоотлив на этой шахте не работает уже больше года, так кто может сказать, попала ли ртуть в водоносы или нет?

Эти опасности намного более реальны, чем всколыхнувшая интернет информация о возможном повреждении хранилища радиоактивных отходов, расположенного между поселком Пески и угольной шахтой «Октябрьская», в результате серии крупных взрывов на Донецком казённом заводе химических изделий (ДКЗХИ) 19 августа 2014 года и 16 июня этого года (Д.Аверин, Д.Подтуркин,  Экологический капкан “республик”  ДНР и ЛНР “,

http://www.06277.com.ua/article/891629 .

 Экологи пишут-”Не меньшую опасность представляют шахты, которые наиболее уязвимы во время боевых действий, поскольку нуждаются в бесперебойном электроснабжении. Отключение от питания вентиляционных систем приводит к промышленным авариям и залповым выбросам шахтных газов, включая метан и опасные примеси, а нарушение электроснабжения систем водоотведения приводит к затоплению шахт, подтоплению близлежащих территорий и загрязнению подземных и поверхностных вод шахтными водами с высокой концентрацией солей. Подтопление земель приводит к выводу их из хозяйственной эксплуатации и разрушению строений, метан, поднимающийся под давлением на поверхность через трещины грунта – к возникновению взрывоопасных ситуаций на близлежащих объектах.

В результате боевых действий более 20 шахт на оккупированных территориях оказались или под угрозой затопления, или уже полностью затопленными и не подлежащими дальнейшей эксплуатации. Точное количество затопленных шахт назвать сложно. Оно никому неизвестно. На данный момент мы точно знаем о полном или частичном затоплении шахт «Бутковская» и «Ясиновка-Глубокая» в Макеевке, «Моспинская», «Трудовская» и «Октябрьская» шахты в Донецке, шахты «Белореченская» в Лутугинском районе Луганской области, которая уже не подлежит восстановлению; шахты имени Мельникова в Лисичанске, «Комсомолец Донбасса» Кировского района Донецкой области, шахты имени Вахрушева в Ровеньках, шахты имени Коротченко в Селидово, разрушенной шахты «Прогресс» в Торезе, «Красный Партизан» в Свердловске, «Иловайской» шахты, шахты «Волынской» из Рассыпного, шахты «Луганской» и «Машинский блок», шахты «Мария Глубокая» и многих других.

Затопление некоторых шахт опасно тем, что они использовались как хранилища отходов. К таким можно отнести и уже упомянутую выше горловскую шахту 2-бис и находящуюся под Енакиево шахту «Юнком», на которой в 1979 году был произведён ядерный взрыв. Сейчас грязные шахтные воды из соседних шахт «Полтавская» и «Углегорская» начинают перетекать в выработки «Юнкома», и если они переполнятся, то радиоактивные вещества поднимутся на поверхность, в результате чего уровень радиоактивного загрязнения будет превышать норму в сотни раз.

Но и затопление обычных шахт, хоть и не приведёт к столь фатальным последствиям, но не менее опасно для окружающей среды.

Существенную опасность представляет шахтный метан, который при затоплении выработок по крутозалегающим пластам будет подниматься на поверхность, а это реальная опасность накопления газа в помещениях и возможные взрывы (Д.Аверин, Д.Подтуркин,  Экологический капкан “республик”  ДНР и ЛНР “,

http://www.06277.com.ua/article/891629 .

Не меньшую опасность представляют и шахтные терриконы, особенно «горящие», в которых высокая концентрация остаточного углеводорода (просто невыбранный или попавший в отвалы в результате каких-либо технологических процессов уголь). Эти терриконы греются и горят изнутри. Если оставить эти явления на самотек, то возможны достаточно страшные последствия вплоть до «извержений маленьких вулканов», подпочвенных взрывов.

Несколько раз в «новейшей истории Донбасса» такие явления приводили к многочисленным жертвам, таким как, например, известная история гибели в результате взрыва террикона поселка Нахаловка. Реально страшная история с огромным количеством трупов, которые даже невозможно было опознать.

Что же происходит сейчас на оккупированных территориях? В бюджетах «республик» не предусмотрено финансирование экологических мероприятий, средства не выделяются даже на предотвращение чрезвычайных ситуаций. Путин денег на это тоже не дает. Например, в негодность пришла дамба на реке Нижняя Крынка, в результате прорыва которой может затопить Зуевку, Троицко-Харцызск и Зугрес, но денег на её восстановление у «республики» нет. По сообщениям местных жителей, её просто досыпали и всё. Нет денег и на перезахоронение радиоактивных отходов, хранящихся на территории Донецкого казенного завода химических изделий, несмотря на то, что могильник находится в плачевном состоянии, а опасность радиационного загрязнения почв, подземных и поверхностных вод в результате его разрушения очень высока.

С проведением экологического мониторинга на оккупированных территориях и вовсе сложилась катастрофическая ситуация. Не работают посты контроля качества поверхностных вод, посты контроля качества атмосферного воздуха в Донецке, Макеевке, Горловке, Енакиево, Луганске и Алчевске, парализована работа Государственных экологических инспекций, не контролируется радиационный фон. Для примера, из 39 постов Северско-Донецкого бассейнового управления водных ресурсов в Донецкой области и 24 – в Луганской сейчас работает 20 и 6 соответственно. Похожая ситуация сложилась и с постами контроля качества атмосферного воздуха областных гидрометеоцентров. В Донецкой области работает 11 из 25, а в Луганской – 4 из 11 постов.

В «республиках» без каких-либо проектов и экологических оценок возможного влияния на природную среду закрываются шахты и заводы, население и «ополченцы» бесконтрольно режут на металл предприятия, приходят в негодность очистные сооружения, водопроводные, канализационные сети, дамбы и другие объекты инфраструктуры региона. В результате пожаров и бесконтрольных вырубок защитных лесополос происходит быстрая деградация сельскохозяйственных земель .Захваченные при поддержке Путина территории просто могут существовать определенный временной период, растрачивая имеющиеся ресурсы, уничтожая их, как саранча, и не обеспечивая их возобновления.
Аналогия – национальный вид “спорта “– разборка всего, до чего можно дотянуться, и сдача на металлолом. Экологические проблемы этих территорий невозможно решить в формате псевдореспублик.

Такими «стараниями»  Путина и его имперских подпевал Донбасс постепенно превращается в зону экологического бедствия, непригодную для жизни «техногенную пустыню». Ликвидация последствий экологической катастрофы на территории Донецкой и Луганской областей может занять многие десятилетия и потребует огромных финансовых средств, которых у государства просто нет (Д.Аверин, Д.Подтуркин,  Экологический капкан “республик”  ДНР и ЛНР “,

http://www.06277.com.ua/article/891629 .

 

В.Е.Борейко, КЭКЦ

 

07.11.2015   Рубрики: Борьба за заповедность, Новости