Два погрома заповедников Украины ( 1951 г. и 1961 г.)

В.Борейко

 

Первый погром заповедников (1951 г.)

 

Это было время нового витка массовых репрессий. Переселение «провинившихся» народов, окончательный разгром генетики, травля деятелей искусства, «дело врачей», «космополитов», «дело авиаторов», «Ленинградское дело». В январе 1950 г. в СССР вновь была введена смертная казнь…

Дошел черед и заповедников, этих последних в СССР островков свободы, где засели «вредители всех мастей», «вейсманисты-морганисты» и не выполнялись нормы социалистической реконструкции.

29 августа 1951 г. председатель Совета Министров СССР И. Сталин подписал постановление № 3192 «О заповедниках», которым в СССР было закрыто 88 заповедников. При этом в Украине было ликвидировано 5 республиканских заповедников и 14 заповедников местного значения общей площадью 33 тыс. га или 60 % былого богатства (1, 4, 12). Закрыли заповедники: местного значения — Золотой поток, Гомольшанский лес (несуществующий), Чернетчина, Белосарайская коса, Белая гора, Шутроминцы, Галилея, Глоды, Венгильский лес, Костопольский, Горы Артема, Тиссовый лес, Велико-Бурлукский (несуществующий), Каменные Могилы. Республиканского значения — Гористое, Веселые Боковеньки, Устиновка, Тростянец, Средне-Днепровский (Каневский). У Черноморского под нужды колхозов приказали отрезать 1 тысячу гектаров, у Азово-Сивашского — 200 гектаров, Асканию-Нова хотели сократить в 43 раза. Вместе с тем необходимо добавить, что кроме не существовавших юридически и фактически двух харьковских заказников Гомольшанский лес и Велико-Бурлукский Сталин, возможно, прикрыл и другие не существовавшие местные заказники, например, в западных областях Украины, которые, наверное, не были восстановлены, а лишь были обозначены в списках (1, 4, 12).

Черноморский и Азово-Сивашский заповедники сталинским постановлением передавались из республиканского подчинения в ведение союзного главка по заповедникам (умершего через пару лет), а затем перешли в подчинение Минсельхоза СССР. Было расформировано украинское Главное управление по заповедникам при Совете Министров УССР (1, 4, 12).

Сталинское постановление «О заповедниках» — стало не просто прологом к экологической катастрофе — оно, как считает американский историк С. Брэйн, обозначило принципиальный сдвиг в советской истории, поскольку в целом заповедники для страны были чем-то большим, чем просто охраняемые природные территории. Об этом мало кто догадывался, но советские заповедники являлись гордостью советского народа и СССР. В ретроспективе трагедия, рожденная 1951 г., усугубляется еще и тем, что в первые десятилетия советской власти в Украине, России, Беларуси и республиках Средней Азии ученые, трудившиеся над созданием заповедников, достигли выдающихся успехов (88).

Была создана система, единственная в своем роде, не имевшая аналогов во всем мире.

На экономическом и идеологическом уровне закрытие 88 заповедников означало, что Сталин сделал окончательный выбор в пользу идеологии покорения природы, которую продвигали псевдоученые типа Т.Лысенко и И. Презента. Еще при раннем Сталине враждебное отношение к природе в целом, особенно к природе неосвоенной, дикой становится нормой.

Как считает другой американский историк Д. Уинер, демонтаж советской системы заповедников имел огромный символический смысл. Он сравнивает разгром заповедников с прямой политикой Сталина ограничить свободу дикой природы и свободу работающих там людей, затерявшихся в дебрях лесов и степей, ограничить их свободомыслие (89). Ибо заповедники в СССР являлись не просто островками дикой природы — они были последними островками свободы в СССР от гнета тоталитарного общества.

Заповедники — это особые территории, где любая жизнь, от малого организма до экосистемы, свята, имеет особый статус, находится под охраной, где царит дух благоговения перед жизнью.

Решение отказаться от заповедников было не просто политической ошибкой, это было нравственное падение, демонстрация всей подлости сталинского режима (12).

Несмотря на то, что трагедии 1951 г., российским историком Ф.Р. Штильмарком, американскими исследователями Д. Уинером и С. Брэйном, а также нами было посвящено нимало работ (1, 4, 12, 27, 88, 89), вопросы все равно остаются. Главный вопрос заключается в том — в чем причина организации массового закрытия заповедников? Почему такое могло произойти?

Американский исследователь С. Брэйн полагает, что инспирировавший данный погром Минлесхоз СССР хотел забрать леса заповедников себе, дабы защитить их от вредных насекомых и улучшить их состояние (88). Ф.Р. Штильмарк главную роль в этой трагедии отводил начальнику российского Главка по заповедникам А.В. Малиновскому, решившему, якобы, занять кресло начальника союзного Главка по заповедникам (27).

На самом деле, конечно, все было гораздо сложнее. Причину катастрофы 1951 г. нужно искать в самом подходе Сталина и его окружения к охране природы.

А суть эта заключается в следующем: была отвергнута идея охраны природы в целом, которую заменило рациональное природопользование. Как часть идеи охраны природы, на официальном уровне была признана несостоятельной и вредной идеология невмешательства в естественные природные процессы, которую еще называют концепцией заповедности.

Минлecxoз с его менталитетом выращивания здорового леса для его последующего использования (ведение лесного хозяйства) не мог спокойно смотреть на «бесхозяйственное» произрастание заповедных лесов, где спелый лес не шел на пилорамы, а пропадал от старости без всякой пользы для социалистического строительства. Поэтому идея абсолютной заповедности с начала 1930-х гг., когда Сталин начал модернизацию страны, мобилизуя все силы на это, была признана буржуазной, следовательно — враждебной, а ее носители — вредителями и врагами трудового народа. Отсюда — репрессии против деятелей заповедного дела и отдельных директоров, а потом и 1951 год. Если бы не война, то 1951 год наступил бы на 10 лет раньше. Поэтому катастрофа 1951 г. являлась давно ожидаемой и предсказуемой.

В 1930-х годах заповедники в СССР продолжали создаваться. И ничего удивительного здесь не было, так как они организовывались исключительно в виде заповедных хозяйств, нацеленных на поиск наиболее эффективных путей преобразования природы для ее «улучшения» в целях удовлетворения потребностей человека и социалистической экономики. Свою злую роль сыграла августовская сессия (1948 г.) ВАСХНИЛ и утверждение в октябре 1948 г. Сталинского плана преобразования природы. В его идеологию уже не вписывались даже заповедные хозяйства.

С точки зрения логики Сталин действовал совершенно правильно. В стране имеется огромное количество заповедников (более 120), которые, по сути, таковыми уже не являлись. В них заготавливаются природные ресурсы — лес, сено, мясо, рыба, лекарственные растения, в некоторых велась добыча полезных ископаемых и т.п. Однако эти объекты используются неэффективно в сравнении с открытыми для полного хозяйственного использования территориями, то-есть проку от них было не много. Если бы заповедники, как в самом начале их существования, занимались изучением экосистем в условиях их полной неприкосновенности, то их необходимость можно было бы объяснить. Но с легкой руки В. Н. Макарова идея абсолютной заповедности в 1933 г. была названа вредительской. Заповедники потеряли заповедность, были превращены в заповедные хозяйства и стали использоваться для нужд сельского, лесного, охотничьего, рыбного хозяйства. С точки зрения Сталина такой первый шаг выглядел вполне логичным. В 1951 г. настал час для второго логичного шага — вообще закрыть заповедники ( а действительно, зачем использовать природные ресурсы наполовину, если их можно использовать полностью ?).

Более важна идеологическая подоплека. В СССР идеология всегда была важнее денег. Необходимо было продемонстрировать, что никто не смеет отклоняться от курса партии и оставаться в стороне от построения социализма. (Кстати, в России в 2010 году с обвинениями в адрес заповедников, где, якобы, леса захламлены и не ведется лесное и водное хозяйство, выступил тогдашний Президент России Д. Медведев. После этого началось активное внедрение в основную деятельность заповедников рекреации и туризма. Затем пошел очередной этап — преобразование заповедников в нацпарки, которые давно уже из природоохранных учреждений превратились в хозяйствующие субъекты. Чем не очередной разгром заповедной системы?).

История сыграла с заповедными деятелями «новой волны» — В.Н. Макаровым и его однодумцами злую шутку. Лишив в 1933 г. заповедники заповедности они, тем самым, способствовали их уничтожению в 1951 г.

Уже в конце 1949 г. в Совмине СССР встал вопрос о более широком использовании заповедников в хозяйственных целях. В июне 1950 г. на запрос Совмина СССР, Минлесхоз СССР сообщает правительству: «1. Значительная часть лесов не лесоустроена. 2. Лесовосстановительные мероприятия проводятся в крайне ограниченных размерах… (…). 4. Санитарное состояние лесов во многих заповедниках неудовлетворительное (…). 6. Научная работа по вопросам лесного хозяйства не координируется» (20). В заключение министр лесного хозяйства А.И. Бовин предложил: «1. Пересмотреть режим заповедности. 2. Организовать единый центр административно-хозяйственного и научно-методического руководства заповедниками и пересмотреть условия работы заповедников» (20). Вопросы лесного хозяйства курировал тогда заместитель председателя Совета Министров СССР Маленков. По-видимому, именно по его инициативе уже 20 июля Совет Министров СССР предложил Советам Министров республик, Госплану СССР «представить предложения о сети и мерах по улучшению деятельности заповедников» (1, 4, 12).

Председатель Госплана СССР Сабуров внимательно изучил мнение республик, АН СССР и 18 ноября 1950 г. направил в Президиум Совета Министров СССР проект постановления Совета Министров СССР «Об улучшении работы в заповедниках» (20). В сравнении с подписанным позднее Сталиным, данный проект был довольно либеральным. Так, в РСФСР предполагалось ликвидировать три заповедника (а не 26, как это было сделано впоследствии). Кроме этого, Главку по заповедникам при Совете Министров СССР разрешалось начать печатать труды заповедников, работникам заповедной сети предполагалось повысить зарплату. Однако этот проект не был поддержан. По-видимому, в это дело вмешался Сталин. 24 ноября 1950 г. Бюро Совета Министров СССР, после предварительного рассмотрения всех предложений «поручило Министру Госконтроля Меркулову представить окончательное предложение по заповедникам» (20). До 1950 г. Меркулов работал в НКВД под непосредственным руководством Берии, и лишь в октябре 1950 г. занял высокий пост министра союзного Министерства госконтроля.

Уже 24 ноября 1951 г. Меркулов подписал приказ о тотальной проверке заповедников СССР. Для смотpа более чем шестидесяти заповедников и главков по заповедникам Белоруссии, Украины, Узбекистана, Грузии и России было направлено 200 человек контролеров из союзного и республиканских министерств госконтроля. Было собрано множество фактов, дискредитирующих заповедное дело.

Старший контролер Мингосконтроля СССР И. Никулин отчитывался о проверке Аскании-Нова: «При проверке на месте 8 декабря с.г. на заповедной степи паслось 100 лошадей и 37 коров колхоза им. Ленина Ново-Троицкого района, 300 овец колхоза им. Молотова и 100 голов крупного рогатого скота совхоза им. Чкалова… Кроме того, для обеспечения животных кормами Институт выделил на площади основного массива заповедной степи 9578 га пастбищ и 10500 га сенокосов. Фактически в 1950 г. сенокошение производилось на площади 18490 га (…). В связи с проверкой следовало бы:

1. Заповедную степь для Института оставить в размере 1500 га … Во время проверки прокурор Ново-Троицкого района предложил провести глубокую ревизию Аскании-Нова. Свое предложение он мотивировал тем, что Институтом на протяжении более 4 лет производились заготовки леса в Брянской области, но никакой отчетности о количестве заготовленной древесины не велось, второе — Институт в 1949-1950 гг. получил более 100 тыс. рублей от Министерства сельского хозяйства УССР на проведение научно-исследовательской работы, но в бухгалтерском балансе эти деньги включены не были (…)» (1, 4, 12).

Дирекцию заповедника Хомутовская степь обвинили в том, что она не приняла «достаточных мер к проведению мероприятий по борьбе с животными-вредителями сельского хозяйства и сорной растительностью, представляющих большую угрозу как для заповедника, так и для колхозных полей» (1, 4 12).

Генический райсовет написал в ходе проверки, чтобы местным колхозам передали часть «бесполезного» Азово-Сивашского заповедника.

Во многих заповедниках составлялись списки «неблагонадежных» сотрудников.

Правительство Украины пыталось спасти свои заповедники, но натиск из Москвы был очень сильным.

 

«Министерство  Госконтроля СССР» товарищу Меркулову

 

ПРАВИТЕЛЬСТВЕННАЯ ТЕЛЕГРАММА

 

ЦК КП(б) Украины согласен снятием заповедности следующим объектам Гомольшанский лес Чернетчина Харьковской области Белосарайская коса Сталинской области Шутроминцы Глоды Тернопольской области землях Черноморского заповедника остров Джарылгач землях Азово-Сивашского заповедника Обиточной косе остальным объектам поименованным Вашей телеграмме снятию заповедности возражаем

 

Секретарь ЦК КП(б) Украины Мельников» (22).

 

4 января 1951 г. Меркулов направил письмо «О работе государственных заповедников» на имя Сталина.

«Во исполнение вашего указания о проверке работы государственных заповедников докладываю: …

(…) Отдельные заповедники утратили свое значение и не имеют научной и культурной ценности (… ). Научная работа в заповедниках оторвана от практических интересов народного хозяйства. До пocледнeгo времени эта работа носила неправильный характер полного невмешательства в процессы, происходящие в природе заповедников. Тематика научных работ с министерствами и ведомствами, научными учреждениями и местными советскими организациями не увязывалась, часто носила cлучaйный характер и вытекала из личных наклонностей научных работников(…). Лесное хозяйство в заповедниках находится в неудовлетворительном состоянии. Леса многих заповедников захламлены и имеют большое количество сухостоев и поврежденных деревьев (…).

(…) Кадры руководителей и научных работников в заповедниках подбираются без достаточной проверки ( …). Из 10 работников Главнoгo Управления и 20 руководящих и научных работников заповедников Украинской ССР 12 человек было в окружении, в плену и на территории, оккупированной немецко-фашистскими захватчиками (…)

«…Работу заповедников, по нашему мнению, необходимо коренным образом перестроить (…). Полагаем, что сеть заповедников и их размеры должны быть пересмотрены…» (20).

Действия Меркулова были одобрены Сталиным. С начала весны 1951 г. Меркулов принялся за подготовку проекта постановления правительства, в котором практически были проигнорированы мнения республик и ученых, ставящих вопрос о сохранении большей части заповедников.

В мае 1951 г., как свидетельствуют материалы архивов, все документы по «делу заповедников» были переданы секретарю Сталина Поскребышеву (26). А 25 июля 1951 г. Сталиным подписано распоряжение Совмина СССР №12535-р. — «Поручить комиссии в составе тов. Меркулова (председатель), Хрущев, Козлов, Бенедиктов, Скворцов, Бовин, Сафронов подробно разобрать материалы Госконтроля по каждому заповеднику и представить проект Постановления Совета Министров СССР о передаче земель и лесов соответствующим ведомствам для использования государственными органами и колхозами с тем, чтобы территорию всех оставшихся заповедников свести не более, чем к 1,5 млн. гектаров. Первый доклад комиссии заслушать в Совете Министров через 2 недели» (1, 4, 12).

29 августа 1951 г. Сталин подписал погромный документ. В виду его особой важности приведем Постановление «О заповедниках» полностью.

Совет Министров СССР

Постановление от 29 августа 1951 г.

№ 3192

 

О ЗАПОВЕДНИКАХ

 

Совет Министров СССР устанавливает, что в ряде районов необоснованно разрослась сеть заповедников по охране природы. В настоящее время в ведении Советов Министров союзных республик, местных советских органов, различных ведомств и учебных заведений находится 128 заповедников на площади 12,6 миллиона гектаров, в том числе 7854.4 тыс. га лесов, 1638,0 тыс. га пашни, сенокосов и пастбищ и 3157,8 тыс. га неудобных земель. На содержание государственных заповедников в 1949 и 1950 годах израсходовано около 54 миллионов pyблeй.

Отдельными заповедниками проведена значительная работа по сохранению и изучению ценных участков природы, охране, восстановлению и увеличению запасов промысловых животных и птиц. Однако большинство государственных заповедников работает неудовлетворительно и не выполняет возложенных на них задач. Многие заповедники не имеют научной и культурной ценности и являются излишними.

Площади ряда заповедников (Сихотэ-Алинский, Бадхызский, Баргузинский, Печоро-Илычский, Кавказский и другие) чрезмерно велики, в результате чего имеющиеся в них леса, полезные ископаемые, сельскохозяйственные и водные угодья надлежащим образом не используются, лесное хозяйство в государственных заповедниках находится в неудовлетворительном состоянии. Леса многих заповедников захламлены и заражены вредителями.

Научно-исследовательская работа в большинстве государственных заповедников ведется в отрыве от практических интересов народного хозяйства. Тематика научных работ зачастую носит надуманный и случайный характер. Экспериментальная работа во многих заповедниках не проводится.

Одной из причин неудовлетворительного состояния работы государственных заповедников является отсутствие единого руководящего органа. Главное управление и управления пo заповедникам при Советах Министров союзных республик необеспечивают необходимого руководства работой государственных заповедников, отсутствует связь с Академией наук СССР, министерствами, ведомствами и местными советскими органами, что отрицательно сказывается на содержании работы заповедников.

Совет министров Союза ССР постановляет:

1. Обязать Совет Министров РСФСР, Совет Министров Грузинской ССР, Совет Министров Азербайджанской ССР, Совет Министров Белорусской ССР, Совет Министров Казахской ССР, Совет Министров Туркменской ССР и Совет министров Узбекской ССР упразднить, как излишние и не имеющие научного значения, 49 государственных заповедников на площади 6673,0 тыс. га.

Леса и земли упраздненных заповедников передать: Министерству лесного хозяйства СССР — 5724,3 тыс. га, совхозам Министерства совхозов СССР и колхозам — 641,2 тыс. га и в Госземфонд — 307,5 тыс. га с распределением согласно Приложению № 1 .

2. Признать необходимым ликвидировать Главное управление и управления по заповедникам при Советах Министров республик.

3. Организовать Главное управление по заповедникам при Совете Министров СССР.

Назначить начальником Главного управления пo заповедникам при Совете Министров СССР т. Малиновского А. В.

4. Передать Главному управлению по заповедникам при Совете Министров СССР 28 государственных заповедников площадью 1307,7 тыс.га, исключив из состава указанных заповедников леса и земли общей площадью 4347,2 тыс. га. Передать эти леса и земли: 3489,9 тыс. га Министерству лесного хозяйства СССР и 857,3 тыс. га совхозам Министерства совхозов СССР и колхозам с распределением согласно приложению № 1.

5. Поручить комиссии в составе тт. Меркулова В. Н. (председатель), Хрущева Н. С., Козлова Д. И., Бенедиктова, И. А., Скворцова Н. Н., Бовина А. И. и Черноусова Б. Н. представить в месячный срок в Совет Министров СССР предложения о распределении между колхозами и совхозами переданных им 1498,5 тыс. га земель и лесов согласно приложениям № 1 и 2.

6. Обязать Министерство лесного хозяйства СССР принять в двухмесячный срок 5724,3 тыс. га лесов и неудобных земель упраздненных заповедников со всем имеющимся у них имуществом пo балансу на 1 августа 1951 г., а также 3489,9 тыс. га лесов и неудобных земель, исключенных из состава сохраняемых заповедников, и представить в Совет Министров СССР предложения об организации лесного хозяйства в принятых лесах.

Леса упраздненных заповедников: «Тульские засеки» в Тульской области, Гумистинского, Пицундского, Понтийского, Аджаметского, Мюссерского, Мариамджаварского, Бацарского и Сатаплийского в Грузинской ССР, «Гуралаш» в Узбекской ССР, Дарган-Атинского и «Малый Ниязым» в Туркменской ССР отнести к категории ценных лесных массивов, установив в них строгий режим рубок, обеспечивающий сохранность и улучшение этих лесов.

7. Обязать Советы Министров республик, крайисполкомы и облисполкомы передать имущество музеев, научное оборудование и библиотечный фонд упраздненных заповедников по своему усмотрению краеведческим музеям или научно-исследовательским учреждениям.

Бобровую ферму и питомник лосей упраздненного Березинского заповедника передать в ведение сохраняемого в Белорусской ССР государственного заповедника «Беловежская пуща».

8. Обязать Совет Министров Украинской ССР:

а) упразднить государственные заповедники «Веселые Боковеньки», «Дендропарк Тростянец» и Устимовский дендропарк общей площадью 0,7 тыс. га, а также местный заповедник «Каменные могилы» площадью 0,6 тыс. га.

Дендрологические парки, земельные угодья и все имущество упраздненных заповедников передать по балансу на 1 августа 1951 г. Академии наук Украинской ССР;

б) упразднить местный заповедник «Тиссовый лес», а занимаемую им землю площадью 0,1 тыс. га передать Львовскому лесотехническому институту;

в) сохранить как заповедники Стрелецкую (опечатка — Стрельцовскую — В.Б.) степь, Хомутовскую степь и Михайловскую целину общей площадью 1,7 тыс. га и передать их Академии наук Украинской ССР.

9. Обязать Совет Министров Армянской ССР упразднить Сарайбулахский охотничий заповедник площадью 24 тыс. га, а леса и земли этого заповедника передать колхозам республики для использования под пастбища.

10. Упразднить, как ненужные 33 заповедника общей площадью 113,6 тыс. га, согласно Приложению № 3.

Земельные угодья упраздненных заповедников сохранить за их прежними пользователями.

11. Обязать Совет Министров РСФСР передать Академии наук СССР Ильменский государственный заповедник площадью 30,1 тыс.га, остальные 20 тыс. га лесов и неудобных земель этого заповедника передать Министерству лесного хозяйства СССР.

12. Обязать Министерство сельского хозяйства СССР:

а) сократить территорию Степного заповедника при Всесоюзном научно-исследовательском институте гибридизации и акклиматизации животных «Аскания-Нова» с 21,6 тыс. га до 518 гектаров;

б) организовать совхоз племенного скота, передав ему 33,6 тыс. га земли Всесоюзного научно-исследовательского института гибридизации и акклиматизации животных «Аскания-Нова», в том числе 21,08 тыс. га бывшей заповедной степи, а также весь племенной скот, выращенный на фермах института.

Оставить в ведении Всесоюзного научно-исследовательского института гибридизации и акклиматизации животных «Аскания-Нова» 5,0 тыс. га степи, в том числе заповедный степной участок площадью 518 га, а также небольшое количество скота, необходимого для ведения научной работы.

13. Сохранить за Академией наук СССР, Академией наук Таджикской ССР и Академией наук Литовской ССР имеющиеся в их ведении 7 заповедников общей площадью 90,5 тыс. га согласно Приложению № 4.

Академии наук СССР исключить из состава Репетекского заповедника 16 тыс. га лесов и земель, входящих в зону отвода Ашхабадской железной дороги.

14. Отменить пункт 11 постановления Совета Министров СССР от 30 мая 1950 г. № 2234 об организации в Якутской АССР в 1951-1953 годах трех специальных заповедников-резерватов.

15. Установить, что организация и ликвидация заповедников и определение территорий заповедников производится по решениям Совета Министров СССР по представлению Главного управления по заповедникам и Советов Министров союзных республик.

16. Обязать Главное управление по заповедникам при Совете Министров СССР:

а) представить в 10-дневный срок на утверждение Совета Министров СССР Положение о Главном управлении по заповедникам при Совете Министров СССР и Положение о государственных заповедниках;

б) утвердить до 1 января 1952 г. Положения по каждому государственному заповеднику;

в) перестроить научно-исследовательскую работу в государственных заповедниках, направив ее в первую очередь на разрешение практических задач сельского и лесного хозяйства, рыбного и охотничьего промысла и других отраслей народного хозяйства;

г) прекратить в заповедниках исследовательские работы, не представляющие научной ценности и не имеющие значения для народного хозяйства;

д) согласовывать планы научно-исследовательских работ государственных заповедников с Академией наук СССР и заинтересованных в этих работах министерствами, ведомствами и местными советскими органами;

е) проверить личный состав административных и научных работников, а также состав охраны заповедников и укомплектовать заповедники квалифицированными работниками.

17. Обязать Академию наук СССР осуществлять научно-методическое руководство научно-исследовательской работой государственных заповедников, ежегодно рассматривать планы научно-исследовательских работ заповедников, а также отчеты об их выполнении.

18. Обязать Главное управление по заповедникам при Совете Министров СССР совместно с Государственной штатной комиссией при Совете Министров СССР разработать и представить в 2-недельный срок в Совет Министров СССР структуру и штаты Главного управления по заповедникам и в 3-месячный срок типовые штаты государственных заповедников.

19. Распространить на научных работников государственных заповедников Главного управления по заповедникам при Совете Министров СССР действие постановления Совета Министров СССР от 28 августа 1947 г. № 3020: «Об оплате труда работников низовой сети научно-исследовательских учреждений по сельскому хозяйству, имеющих ученые степени».

20. Предоставить Главному управлению по заповедникам при Совете Министров СССР право по согласованию с Министерством лесного хозяйства СССР производить в государственных заповедниках рубки ухода за лесом и расчистку лесных площадей, если это требуется планами лесохозяйственных, а также биотехнических мероприятий.

Освободить Главное управление по заповедникам при Совете Министров СССР от попенной платы при рубках ухода за лесом и расчистке лесных площадей.

21. Считать утратившим силу постановление Совнаркома СССР от 14 октября 1939 г. № 1692.

 

Председатель Совета Министров Союза ССР И. Сталин

Упpaвляющий Делами Совета Mинистров СССР И. Помазнев (12, 90).

 

25 сентября Председатель Совета Министров УССР Коротченко подписал постановление № 2738 «Про заповідники». Послушно продублировав сталинское. Кстати, руководитель украинского главка по заповедникам Л. Мартынюк подготовил проект щадящего постановления, где облисполкомы обязывались улучшить дело охраны природы, и оставшимся в «живых» заповедникам предлагалась помощь. Не прошло. А позже, 12 ноября, глава украинского правительства поставил свою подпись еще под одним — № 3358 — «Про передачу колгоспам Херсонської та Запорізької областей 1,5 тис.га землі із землекористування державних заповідників» (на 300 га забрали больше, чем по союзному декрету) (12).

 

В начале 1953 г. Госконтроль СССР опять проверил заповедники СССР. Материалы проверки были подготовлены за несколько дней до смерти Сталина. Смерть тирана спасла заповедники от очередного погрома (12). Показателей начала 1951 г. по заповедникам Украина достигла лишь в 1991 г.

 

 

Второй погром заповедников (1961 г.)

 

 

1950-е годы — страшное десятилетие в истории украинских заповедников. Освященное Сталиным закрытие заповедников полностью уничтожило и без того невысокий авторитет заповедников в глазах советского общества и властей. Поэтому действия горстки украинских ученых, пытавшихся не только защитить оставшиеся, но и восстановить закрытые заповедники можно квалифицировать как героические.

Несколько улучшилось положение после 25 февраля 1956 г., когда на XX съезде КПСС Н. Хрущев сделал разоблачительный доклад о культе личности Сталина. Защитники заповедников получили политическую возможность говорить, что закрытие в 1951 г. Сталиным заповедников являлось ошибкой (как и массовые репрессии и многое другое), и поэтому воссоздание заповедников — важный шаг в преодолении негативных последствий культа личности Сталина. Однако это стало возможным только в конце 1950-х годов. А пока, сразу после 1951 г., заповедники находились на грани полного уничтожения.

В послевоенный период из Азово-Сивашского заповедника была незаконно изъята вся Обиточная коса, коса Федотова, ликвидирована километровая водная зона вокруг острова Бирючего. К 1958 г. за Азово-Сивашским заповедно-охотничьим хозяйством официально числилось 28250 гектаров. В то время как на самом деле — 6849 га (1, 4).

С 1951 г. беды на Крымский заповедник посыпались как из рога изобилия. В 1952-1953 гг. Главк по заповедникам при Совмине СССР дал разрешение на отстрел в заповеднике по 400 оленей ежегодно. Правда, в сентябре 1954 г. Совмин УССР своим распоряжением запретил там отстрел оленей, косуль и муфлонов.

По инициативе председателя Совмина УССР Кальченко в 1955 г. было подготовлено письмо в союзное правительство (тогда заповедник подчинялся Минсельхозу СССР) о сокращении его площади с 30 тыс. гектаров до 5,2 тыс. и массовом отстреле там оленей и муфлонов. Текст этого письма был согласован с сельхозотделом ЦК КПУ (1, 4).

Кальченко писал: «Лесное хозяйство в лесах заповедника ведется на низком уровне. В заповеднике имеется свыше 20 тыс. га захламленных перестойных буковых, сосновых и дубовых лесов 180-200-летнего возраста. Запасы составляют 4 млн. кубометров перестойной и свыше 200 тыс. кубометров ветровальной и сухостойной древесины, которая не убирается и с каждым годом теряет свою техническую пригодность (…). В связи с этим Совет Министров УССР и ЦК Компартии Украины считает нецелесообразным оставление в дальнейшем такой большой площади под заповедником…» (1, 4).

Председатель Сталинского (Донецкого) облисполкома Д. Адамец и секретарь Сталинского обкома КПУ И. Дядык подняли в июле 1955 г. вопрос о передаче части заповедника Хомутовская степь колхозам Буденовского района, мол, научная работа в заповеднике не ведется и его территория никак не используется (1, 4).

В декабре 1955 г. Президиум АН УССР утвердил положение о заповедниках Стрельцовская степь и Хомутовская степь. Согласно этому документу заповедник Каменные Могилы вошел как филиал в состав заповедника Хомутовская степь.

Территория бывшего заповедника АН УССР «Гористое» попадала на 30% под затопление Киевским морем. Однако, пользуясь этим, под шумок был вырублен весь лесной массив (1, 4).

Рассказывали, что когда академик И.Г. Пидопличко протестовал против вырубки лесов бывшего заповедника Гористое, чуть ли не Подгорный его одернул: «Строительство коммунизма важнее красоты» (12).

Выступая в Москве на заседании Комиссии по охране природы АН СССР в январе 1956 г., руководитель Комиссии по охране природы АН УССР И.Г. Пидопличко рассказывал: «В Украинской ССР была организована комиссия. Но еще и сейчас стоит вопрос: нужна ли эта комиссия, не надо ли ее слить с Обществом охраны природы. Но комиссия все же работает. Первое, что сделано — сохранены существующие заповедники, которые хотели закрыть. Так, например, хотели распахать Хомутовскую степь — настаивал облисполком. Далее, хотели истребить байбака в Стрельцовской степи… В Аскании-Нова хотели распахать целинную степь. Хотели ликвидировать Крымский заповедник. Парк Кагановича (Черниговская обл.) надо передать лесхозу. Но Черниговское общество охраны природы отстояло. Из Совета Министров письмо — сократить заповедники. Президиум АН УССР отказал» (1, 4).

Летом 1955 г. министр Госконтроля УССР К.Караваев дал приказ организовать плановую (после 1951 г.) проверку всех заповедников республики.

Его подчиненные побывали в Черноморском заповеднике в сентябре 1955 г. По их мнению (не искушенных в биологии людей), заниматься изучением птиц, кольцевать — пустое дело, так как обо всем этом можно прочитать в учебнике зоологии. Поэтому госконтролеры рекомендовали сократить площадь заповедника, и его сенокосы отдать колхозам (1, 4).

Мингосконтроль УССР поставил вопрос о реорганизации Азово-Сивашского заповедника в филиал Черноморского, передаче части его территории (острова Куюк-Тук и Чурюк) местным колхозам, в заповеднике Хомутовская степь предложил сократить директора и хозперсонал, и отдать 60 гектаров целины колхозу им. Ленина Буденовского района.

«На протяжении последних 5 лет ни одного практического результата для народного хозяйства страны заповедники не дали,» — докладывал ЦК КПУ и Совмину УССР К. Караваев (1, 4).

4 февраля 1956 г. зав. отделом науки и культуры ЦК КПУ Червоненко вместе с сельхозотделом ЦК КПУ подали на Президиум ЦК КПУ «Справку о государственных заповедниках, дендропарках и охотничьих заказниках, находящихся на территории УССР». Документ был подготовлен на основе рекомендации К. Караваева.

Авторы писали, что в 1956 г. на Украине действовало 6 заповедников, 4 дендропарка, 10 республиканских охотничьих заказников общей площадью 211,5 тысяч гектаров.

В них работало 263 человека, из них научных работников — 39 человек. Общие затраты составляют — 2,395 тыс. рублей в год. Добавив, что в 1951 г. на Украине было закрыто большое количество заповедников, а в 1955 г. Сталинский облисполком и обком партии требовали отдать часть Хомутовской степи местным колхозам, руководители двух цековских отделов предлагали забрать у Азово-Сивашского заповедника 1034 гектара (острова Куюк-Тук и Чурюк) и передать колхозам. Реорганизовать Азово-Сивашский заповедник в филиал Черноморского. Закрыть несколько охотничьих заказников. Поставить вопрос о передаче Крымского, Азово-Сивашского и Черноморского из союзного подчинения в республиканский (1, 4).

2 марта 1956 г. секретарь ЦК КПУ Кириченко зачитал эту докладную на Президиуме ЦК КПУ. Решено поручить Совмину УССР (т. Кальченко) рассмотреть вопрос до 15 марта с.г. (1, 4). Однако счастливая случайность (а может, оперативные действия природоохранников) перечеркнули готовящийся очередной погром заповедников.

10 февраля 1956 г. член ЦК КПУ, председатель Верховного Совета УССР Коротченко подал в ЦК КПУ докладную записку о проблемах охраны природы на Украине (по-видимому, она была подготовлена при помощи активистов Украинского общества охраны природы и Комиссии по охране природы АН УССР). Коротченко писал, что в Верховный Совет приходит много писем от людей с жалобами на загрязнение рек, рубку лесов. В Карпатах намечается рубить лес на Говерле, где планируется заповедник, в заповеднике Стрельцовская степь — конезавод № 60 бьет байбаков, в парке Качановка ведутся массовые рубки. Коротченко предложил создать комиссию по рассмотрению вопросов охраны природы (1, 4).

Докладная записка Коротченко слушалась на заседании Президиума ЦК КПУ через четыре дня после докладной двух цековских отделов с предложением начать погром заповедников — 6 марта 1956 г. Как и предлагал председатель Верховного Совета УССР, создали комиссию, предложения которой затем в течение нескольких лет, раз пять-шесть обсуждались на Президиуме ЦК КПУ. И большой пользы для охраны природы ее работа не принесла. Но главное в другом. Докладная записка Коротченко, как человека очень влиятельного в ЦК КПУ, отвела тогда от украинских заповедников новый погром. Спасибо же ему. Спасибо не за то, что он сделал много хорошего для заповедников, а за то, что не позволил сделать для них много плохого. Ибо у нас всегда находились умники, бежавшие впереди паровоза.

Постепенно вновь стали раздаваться голоса в защиту заповедников и среди научной природоохранной общественности.

Впервые, после погромного 1951 года, вопросы заповедного дела на Украине были подняты на I съезде Украинского общества охраны природы в июле 1953 г. Съезд обратился к правительству с просьбой организовать заповедники в Карпатах на Говерле, в Полесье, на Дунае в районе Вилково, заповедать Провальскую степь на Луганщине, горы Артема в Донбассе, Сатановский лес на Хмельнитчине, расширить площадь Стрельцовской степи и Тростянца (1, 4).

Одной из первых серьезных научных статей по заповедному делу в УССР в послевоенный период можно назвать вышедшую в 1956 г. в «Українському ботанiчному журналi» работу М.И. Котова и С.С. Харкевича «Охорона природи в Українськiй РСР та завдання ботаникiв». Она являлась дополненным вариантом доклада М.И. Котова на I съезде УООП и долгое время считалась великолепным планом действий украинских активистов заповедного дела. Ученые предлагали создать Карпатский, Полесский заповедники, заповедать Провальскую степь, Карадаг, горы Артема, Кременецкие горы, а также 13 небольших природных объектов (91).

В апреле 1957 г. в центральной газете «Известия» была опубликована статья группы московских ученых «В защиту заповедников», нимало сделавшая для «реабилитации» заповедников (112).

В 1962 г. академик И.Г. Пидопличко публикует статью о заповедниках в Украинской энциклопедии.

Летом 1957 г. специальной группой Комиссии по охране природы АН СССР под руководством члена-корреспондента АН СССР Е.М. Лавренко подготовлен перспективный план географической сети заповедников СССР. В Украине предлагалось организовать: Карпатский с 6 филиалами в Закарпатской и Станиславской (Ивано-Франковской) областях (Буковый лес в урочище Уголька; Большой луг Бугштинского лесхоза; вершина горы Близница; дубовый лес в урочище Атак; кедровое насаждение в Горганах; тис в Княж-Дворе), два филиала Крымского заповедника (роща сосны Станкевича и Карадаг), Украинский лесостепной из 6 участков (площадь бывшего Каневского заповедника; дубовый лес Коробовых хуторов на Северском Донце на Харьковщине; лес Парасоцкое на Полтавщине; скалистые склоны возле города Кременца и степь «Пантелиха» в Тернопольской обл.; уже существующий заповедник Михайловская целина в Сумской обл.), филиал Черноморского заповедника в дельте Дуная, а также Украинский степной из 13 филиалов (существующие заповедники — Хомутовская степь, Стрельцовская степь и новые — Горы Артема, Аскания-Нова, урочище Дерезоватое, Каменные Могилы, Грабовая балка в верховьях реки Миус, Дубовая балка, Саур-Могила в Донецкой обл., дубрава Старый Манзыр в Одесской обл., Карловская степь (остатки бывшего в конце 20-х годов заповедника ВУАН) на Полтавщине, Провальская степь в Луганской обл., степь Баюрки в Харьковской обл.) (92).

Предложения союзной академической Комиссии имели большое значение, так как дали очередной толчок к будущему заповеданию на Украине: Карадага, Дунайских плавней, Карпатского, Каневского, Провальской степи (92).

21 февраля 1958 г. Президиум АН УССР принял очень важное постановление (с подачи И.Г. Пидопличко) «О рациональной сети заповедников в Украинской ССР». Академия наук просила украинское правительство создать: Карпатский, Полесский, Лесостепной (Каневский), Карадаг, Дунайские плавни, подчинив их АН УССР, заповедать около 50 памятников природы и отделить Асканию-Нова от сельскохозяйственного патрона (1, 4).

Однако другим письмом от 20 января 1959 г., за подписью вице-президента АН УССР М. Гулого, Академия наук отказывалась от руководства заповедниками. Гулый ходатайствовал создать Главк по заповедникам при Совмине УССР, которому и предлагал отдать все заповедники. Получив практически в одно и то же время два разных предложения, украинское правительство вернуло оба проекта Академии на доработку (1, 4).

Так сорвалась еще одна попытка улучшить заповедное дело.

Середина 50-х годов не была отмечена какими-либо сдвигами в улучшении охраны заповедных объектов и менее высокого ранга. В конце 1950-х — начале 1960-х годов в России, Грузии, Узбекистане постепенно восстанавливались закрытые ранее заповедники, чего не скажешь об Украине. По-прежнему, как в 30-х и 40-х, происходила чехарда с передачей их из рук в руки. 26 сентября 1955 г. правительство постановило передать дендропарк Софиевку (к тому времени он уже перестал именоваться заповедником) из Главка архитектуры Совмина УССР в Академию наук УССР. В феврале 1956 г. союзным решением дендропарк Веселые Боковеньки, наоборот, из АН УССР передали Украинскому НИИ лесного хозяйства и мелиорации. А животноводческий институт Аскания-Нова с его заповедной целиной — из ведения Минсельхоза СССР — украинскому Минсельхозу. В 1958 г. Черноморский заповедник из ведения МСХ СССР передали АН УССР.

 

С приходом к власти Хрущева, а позже Брежнева, под охотничьи утехи активней стали приспосабливаться заповедники. Летом 1956 г. Хрущев и Микоян посетили Югославию, где вместе с Иосипом Броз Тито охотились на острове Бриони. Осенью руководитель Югославии посетил СССР, и Хрущев устроил ему ответную охоту в… Крымском заповеднике, грубо нарушив природоохранное законодательство. Параллельно, 27 сентября 1956 г., по инициативе Микояна или самого Хрущева, ЦК КПСС поручил Минсельхозу СССР подготовить соображения по организации высококлассных «барских охот» (1, 4).

И пока в Москве для этих целей подыскивались заповедники (вначале предложены: Крымский, Кавказский, Кызыл-Агачский, Беловежская пуща), председатель Совмина УССР Н. Кальченко 10 января 1957 г. подписал беспрецедентное антизаконное постановление «Об организации охотничьего хозяйства в Крымском государственном заповеднике им. Куйбышева», повелев в течение полугода построить посреди заповедника отель, ресторан, дороги, электростанцию (1, 4).

9 августа 1957 г. в истории отечественного заповедного дела перевернута еще одна черная страница — председатель Совмина СССР Н. Булганин подписал распоряжение о реорганизации Крымского, Азово-Сивашского заповедников и Беловежской пущи в так называемые заповедно-охотничьи хозяйства, что звучит так же непонятно и противоречиво, как, скажем, «религиозно-атеистическое общество». По этому поводу в народе говорили — «заповедное — для нас, охотничье — для начальства». Распоряжение предписывало также организацию новых заповедно-охотничьих хозяйств. Таким на Украине стало Залесское, созданное на базе государственного охотничьего заказника республиканского значения. В 1962 г. Залесью добавили 140 га из земель местного колхоза, в 1970 г. — еще кусок. С 1962 г. Крымская и Азово-Сивашская «спецохоты» перешли из союзного подчинения в ведение Главного управления по лесному хозяйству и лесозаготовкам при Совмине УССР.

В марте 1961 года Голопристаньский райком партии и райисполком выносят совместное решение: «Дальнейшее существование Черноморского госзаповедника считать нецелесообразным и просить бюро обкома КП Украины и исполком областного Совета депутатов трудящихся реорганизовать его в «заповедно-охотничье хозяйство» (1, 4).

А те заповедники, которые не удалось официально превратить в «заповедно-охотничьи хозяйства», все равно не могли устоять под натиском высокопоставленных охотников, рыбаков, отдыхающих. Практически в каждом крупном заповеднике Украины строилась строго охраняемая «спецдача». В Черноморском охотились на лебедей секретарь ЦК КПУ Бубновский и летчик-космонавт В.Ф. Быковский.

 

К сожалению, значительное сокращение сети заповедников, происшедшее в конце 1951 года в СССР, имело свое продолжение. Ровно через десять лет заповедному делу был нанесен еще один мощный удар.

В верхах созревала идея нового сокращения заповедников. На январском, 1961 г. пленуме ЦК КПСС Хрущев сказал:

«И еще об одном. Очень много создается всюду заповедников. (…) Заповедники должны быть там, где необходимо сохранять ценные уголки природы, вести там действительно научные наблюдения. Такие заповедники, представляющие научную и государственную ценность, у нас, конечно, есть. Но значительная часть теперешних заповедников — это надуманное дело.

Что произойдет в лесах, если там не будет заповедников? Ничего. Природу надо, конечно, беречь, охранять, но не путем создания заповедников с большим штатом обслуживающих их людей» (36).

Зная взрывной, несдержанный характер Хрущева, невысокий его интеллект, вполне возможно предположить, что фильм «Золотое озеро» об Алтайском заповеднике и Телецком озере, снабженный соответствующими комментариями доброхотов, и спровоцировал новую беду. Тем более, что Никита Сергеевич уже имел неплохой опыт, участвуя в правительственной комиссии по погрому заповедников в 1951 году. Материалы к погрому заповедников были подготовлены в Совмине СССР уже в декабре 1960 г. Хрущевскую идею погрома заповедников тут же поддержали журнал «Крокодил», газеты «Комсомольская правда», «Сельская жизнь» и другие.

Выписка из протокола заседания Президиума Совета Министров СССР от 31 декабря 1960 г. № 46. XXVI «Об упорядочении сети заповедников»

«Поручить Госплану СССР (т. Зотову) совместно с Министерством сельского хозяйства СССР, Министерством финансов СССР, Академией наук СССР и Советами Министров союзных республик проверить сеть имеющихся заповедников и государственных охотничьих хозяйств и в месячный срок представить в Совет Министров СССР доклад и предложения, имея в виду устранить излишества в этом деле». Председатель Совета Министров СССР Н. Хрущев (37).

Получив соответствующее задание, Совмин Украины обратился в АН УССР с предложением закрыть заповедники, на что вице-президент АН УССР академик Н. Семененко 21 января 1961 года сразу твердо ответил, что академические заповедники у нас маленькие, и вреда народному хозяйству не приносят (37, 38).

«На Вашу телеграмму № 33 от 10 января 1961 г. (…) Совет Министров Украинской ССР сообщает, что в республике имеется 5 заповедников (ошибка, четыре — В. Б.) общей площадью 13 тыс. га, с численностью персонала 44 человека, с затратами на содержание 65,5 тыс. рублей в год (…). Перечисленные заповедники и охотничьи хозяйства имеют большое значение для охраны и восстановления природных богатств республики и по своим размерам и затратам не представляют излишеств в народном хозяйстве Украинской ССР» (39).

Но были на Украине и другие мнения. Старый большевик, член КПУ с 1919 г. некто В. Малыш писал Щербицкому: «После критики Н.С. Хрущева на январском пленуме настало такое время, что этот Черноморский госзаповедник необходимо срочно реорганизовать» (40). А бюро Голопристаньского райкома партии Херсонской области постановило: «Дальнейшее содержание Черноморскогого заповедника считать нецелесообразным» (1).

Согласно постановлению Совмина СССР № 521 от 10 июня 1961г. «Об упорядочении сети государственных заповедников и охотничьих хозяйств», подписанного Косыгиным, и соответствующего постановления Совета Министров УССР № 1118 от 22 июля 1961 г., украинские заповедники Михайловская целина и Стрельцовская степь, Хомутовская степь с урочищем Каменные Могилы слили в единый Украинский степной заповедник. Кстати, нет худа без добра — закрытый в 1951 г. заповедник областного значения Каменные Могилы, входивший с 1955 г. полуофициально (в нарушение постановления Совмина СССР и Совмина УССР) в состав Хомутовской степи как филиал, теперь официально стал филиалом государственного заповедника республиканского значения Украинский степной. Здесь бюрократия сделала доброе дело! Персонал Укpаинского степного был сокращен на 2 человека, заработная плата — на 1,5 тыс. рублей. В Черноморском заповеднике штаты и фонд заработной платы сократили на 10 процентов.

И еще. Этим постановлением Косыгин, как Сталин в 1951 г., вновь связал руки республикам, ведь без согласования с Госпланом СССР они не могли самостоятельно создавать новые заповедники. На Украине, к примеру, ничего не получалось долгие 17 лет.

 

Второй разгром заповедников, организованный Хрущевым в 1961 г. уже не мог иметь такие катастрофические последствия, как сталинский разгром 1951 г. Время в Украине, и в Советском Союзе в целом, было уже другое. Страна проснулась от долгого сна, и стала постепенно освобождаться от последствий сталинского режима. Этому нимало споcобствовал XX съезд КПСС, официально признавший многие ошибки Сталина. Это необыкновенное время, позже названное «хрущевской оттепелью», способствовало возрождению природоохранного движения. В Украине лидером этого движения стало созданное в 1946 г. Украинское общество охраны природы. Активную роль в возрождении природоохранного движения в Украине, защите и воссоздании заповедников играли ученые И.Г. Пидопличко, П.С. Погребняк, М.И. Котов, И.И. Пузанов, Ю.Д. Третьяк, А.П. Корнеев, российский природоохранник А.П. Протопопов, а также известный украинский поэт Максим Рыльский (1).

Именно этим людям мы должны быть благодарны, что в это черное десятилетие Украина вообще не лишилась своих заповедников и памятников природы.

 

Более  подробно об истории концепции заповедности и развитии заповедного дела  – в новой книге Владимир Борейко   “Последние островки свободы. История украинских заповедников и заповедности (пассивной охраны природы) ( 10 век-2015 г.)” , 2015, К., КЭКЦ,  240 стр.

http://ecoethics.ru/wp-content/uploads/2015/07/int_ostrovki_svob_2015.pdf

Пресс-служба КЭКЦ

12.12.2016   Рубрики: Борьба за заповедность, Новости